Среда, Июл 6, 2022
Велика Епоха
Ukrainian Edition

Врач из Нью-Йорка доказал, что все ошибались насчет гидроксихлорохина

Пятница, 11 февраля 2022 года
доктор Владимир Зеленко (Скриншот видео)

Многие врачи по всему миру использовали противомалярийный препарат гидроксихлорохин (hydroxychloroquine) на ранних стадиях пандемии COVID-19. Один из них — доктор Владимир Зеленко, практикующий врач еврейской общины в округе Монро, штат Нью-Йорк.

Он привлек внимание общественности в марте 2020 года, когда заявил радиоведущему Шону Хэннити, что его лечение пациентов с COVID-19 с помощью гидроксихлорохина, азитромицина и сульфата цинка в течение 5 дней дало почти 100-процентный результат. На сегодняшний день этот врач пролечил 3 000 пациентов с симптомами COVID-19, при этом только 3 пациента из группы высокого риска умерли.

Есть документы с именем доктора Энтони Фаучи – старшего медицинского советника президента СЩА, в которых он называет гидроксихлорохин чудодейственным препаратом. Есть статья, в которой Фауччи назвал его абсолютной мечтой лечения и вакциной.

Однако представители окружного управления здравоохранения заявили, что утверждения Зеленко «необоснованны», и призвали жителей прислушиваться исключительно к мнению сотрудников здравоохранения.

У Зеленко был аккаунт в Твиттере, его твиты набирали миллионы просмотров, но он подвергся цензуре и недавно был удален из Твиттера.

Зеленко, путем глубоких исследований, проб и ошибок, определил невероятно эффективный протокол, и сделал это в условиях огромных личных проблем со здоровьем. Весной прошлого года у него диагностировали саркому легких, которая обычно считается неизлечимой, от которой он успешно продолжает лечиться.

В этом интервью Владимир Зеленко объясняет, как гидроксихлорохин действует против COVID-19, рассказывает о лжи, распространяемой об этом препарате, чтобы подавить его широкое применение.

Поиск решений, чтобы избежать смертельной ловушки

Когда SARS-CoV-2 охватил его сплоченную еврейскую общину, Зеленко принимал от 50 до 250 пациентов в день. На данный момент он пролечил более 3 000 пациентов с симптомами, связанными с COVID-19. Только одна треть из них действительно получила тройной курс лечения. Остальные две трети были в категории низкого риска и не нуждались в медикаментозном лечении.

Всего у Зеленко было всего 15 пациентов, которым в итоге потребовалась госпитализация, причем четверо из них были интубированы. Все они в конечном итоге были успешно экстубированы и выздоровели. Остальные 11 пациентов были госпитализированы для внутривенного введения антибиотиков при пневмонии. В целом, только 3 его пациента группы высокого риска умерли от COVID-19, что означает, что смертность при таком лечении составляет всего 0,3%.

«Вы не можете игнорировать это. Это даже без учета пациентов со стратификацией риска, которых я решил не лечить. Другими словами, я мог сказать этим пациентам: «Я знаю, что с вами все будет хорошо. Идите домой, и все будет хорошо». И это важно.

Если вы включите этих пациентов, смертность будет еще меньше. Вам не обязательно слушать меня, вы можете называть это анекдотическим, как хотите, но сейчас есть профессора вирусологии из Гарварда, у которых 4000 пациентов. Доктор Джордж Фарид, например, или доктор Харви Риш из Йельской школы эпидемиологии, который показал, что абсолютно статистически доказано, что гидроксихлорохин, используемый на догоспитальном этапе, абсолютно эффективен. Невозможно, чтобы это была ошибка», — говорит он.

Почему гидроксихлорохин?

Ниже приведен рассказ Зеленко о том, как он начал лечить пациентов с COVID-19 с помощью гидроксихлорохина.

«Больницы были переполнены, все амбулаторные службы были закрыты. Половина моего персонала была больна, и я оказался в зоне боевых действий. Я начал изучать сортировочную медицину, пытаясь спасти как можно больше людей.

В то время весь мир сосредоточился на строительстве изоляторов и больничных мощностей вместо того, чтобы делать упор на догоспитальной помощи. Мне это показалось странным, потому что в медицине мы никогда так не поступаем. Мы руководствуемся здравым смыслом и вмешиваемся на самых ранних стадиях.

Гораздо легче решить маленькую проблему, чем большую. Например, если у кого-то рак, мы не ждем, пока он превратится в метастатическую болезнь. Мы лечим как можно скорее. У кого-то небольшая инфекция. Мы уничтожаем инфекцию.

Центр по контролю и профилактике заболеваний рекомендует начинать лечение гриппа противовирусными препаратами в течение первых 48 часов, а не недели, за исключением случаев, когда речь идет о COVID-19. Нам сказали отправлять пациентов домой, а когда им станет хуже, отправлять их в больницу, где была большая вероятность того, что их будут интубировать, особенно в марте и апреле.

В это время в городе смертность превышала 80%. Так что это был смертный приговор. Все это не имело для меня никакого смысла. Поэтому я быстро начал изучать вирусологию.

Я хотел понять, как работает этот вирус и, что еще важнее, что я могу с ним сделать. Серия на YouTube под названием MedCram, эпизод 34, спасла мир. В ней объясняется биология того, как цинк ингибирует РНК-полимеразу, и тот факт, что цинк не может попасть в клетку. Поэтому ему нужна помощь».

Далее Зеленко описывает, как он остановился на препарате гидроксихлорохине, так называемом ионофоре цинка, который и переносит цинк в клетку. Он решил лечить пациентов с высоким риском как можно раньше, и это оказалось ключевым фактором. Раннее лечение действительно спасает жизни, когда речь идет о COVID-19. Это не та ситуация, когда стратегия выжидания является оптимальной.

По словам Зеленко, в течение пяти дней после заражения SARS-CoV-2 вирусная нагрузка остается довольно стабильной. Примерно на пятый день она экспоненциально возрастает, потенциально подавляя иммунную систему. Это также означало, что он не мог позволить себе ждать результатов анализов, которые занимают около пяти дней. К этому времени у большинства пациентов болезнь уже прогрессировала слишком далеко.

Поэтому, если у пациента появлялись симптомы, особенно если он сообщал о потере вкуса или обоняния, он немедленно начинал лечение. Оглядываясь назад, можно сказать, что около 90% анализов людей, испытывающих симптомы, давали положительный результат.

Совместная работа гидроксихлорохина и цинка

Зеленко сравнивает гидроксихлорохин и цинк с пистолетом и пулей. гидроксихлорохин — это ружье, которое выстреливает цинк в клетку. Цинк — это серебряная пуля, которая убивает вирус, ингибируя фермент, связанный с вирусной репликацией внутри клетки. Антибиотик азитромицин назначается для профилактики бактериальной пневмонии и других вторичных бактериальных инфекций, которые часто встречаются при COVID-19.

Сегодня у нас, конечно, еще больше информации, а значит, есть больше средств, помимо гидроксихлорохина, цинка и антибиотиков. Ивермектин, например, кажется очень полезным, особенно для профилактики, как и стероиды и препараты для разжижения крови. Таким образом, Зеленко теперь будет подстраивать лечение отдельных пациентов в зависимости от их симптомов.

«Это не шаблонный подход, но абсолютно одинаково то, что пациентов с высоким риском нужно лечить как можно скорее, в течение первых пяти дней после появления симптомов, и все они выживают», — говорит он.

Психологическая атака на гидроксихлорохин

К сожалению, как говорит Зеленко, по сути, была проведена «психологическая атака», чтобы отпугнуть людей от гидроксихлорохина. Большой частью этого было превращение препарата в политическую проблему. С самого начала врачам, использовавшим препарат, угрожали потерей медицинской лицензии, что неслыханно для препарата с такой долгой историей безопасного применения.

Правительство США усугубило ситуацию, выдав разрешение на экстренное применение только в стационаре, но не в амбулаторных условиях. Между тем, гидроксихлорохин уже около 60 лет используется у людей с хроническими заболеваниями, такими как волчанка и ревматоидный артрит.

«Лицемерие, потеря здравого смысла, откровенная пропаганда убили многих людей», — говорит Зеленко.

«Первопричина этого — в том, как мы обучаем людей. Раньше высшее образование было направлено на обучение критическому мышлению, дедуктивным рассуждениям, аналитическому анализу.

Теперь мы внушаем людям, что они должны реагировать на раздражители, как собаки, как автоматы, как роботы. Здравый смысл больше не имеет значения. Это моя критика высшего образования, и поэтому я думаю, что многие врачи попали в эту ловушку. Даже если врач был готов дать лекарство, пациенты боялись его принимать».

Самая большая причина страха, к сожалению, была связана с фальсифицированными исследованиями и испытаниями с использованием токсичных доз. В свете этих фактов трудно не заподозрить скрытый мотив. Как отметил Зеленко, основной компонент борьбы с пандемией, а именно догоспитальное или амбулаторное лечение, был подавлен.

Вопрос в том, почему? Одна из очевидных причин заключается в том, что это был год президентских выборов, и тогдашний президент Трамп выступил в поддержку гидроксихлорохина в марте 2020 года. Его заявление вызвало немедленную обратную реакцию со стороны хронически враждебных СМИ. Было много людей, готовых использовать все возможные способы, чтобы очернить президента и дискредитировать все, чтобы не дать ему победить», — говорит Зеленко.

Затем, конечно, в игру вступили финансовые интересы. Миллионы долларов были вложены в новые препараты, такие как, например, ремдезивир — препарат, который стоит более 3 000 долларов за курс лечения и предназначен только для внутрибольничного применения.

Больницам также платили на десятки тысяч долларов больше за пациентов с COVID-19, поэтому были стимулы, чтобы доставить людей в больницу и удерживать их там. Между тем, раннее амбулаторное лечение Зеленко стоит около 20 долларов.

Результаты мошеннических исследований формировали недоверие

Что касается мошеннических и вводящих в заблуждение исследований, то первым было исследование VA в Вирджинии, которое показало, что гидроксихлорохин не предотвращает смерть. Однако они использовали его только для пациентов на поздних стадиях заболевания, которые уже находились на аппаратах искусственной вентиляции легких. Отсюда они сделали неверный вывод о том, что он не будет полезен на более ранних стадиях. В других исследованиях использовалась неправильная дозировка.

Врачи, сообщающие об успешном применении препарата, используют стандартные дозы от 200 мг до 400 мг в день в течение нескольких дней или до двух недель.

В исследованиях, финансируемых Биллом и Мелиндой Гейтс, таких, как испытание Recovery Trial, использовалось 2400 мг гидроксихлорохина в течение первых 24 часов, что в три-шесть раз выше рекомендуемой суточной дозы, а затем — по 400 мг каждые 12 часов в течение еще девяти дней, что в совокупности составляет 9200 мг в течение 10 дней.

Аналогичным образом, в испытании Solidarity Trial, проведенном под руководством Всемирной организации здравоохранения, использовалось 2000 мг в первый день, а суммарная доза составляла 8800 мг в течение 10 дней.

Эти дозы просто слишком высоки. Больше — не обязательно лучше. Слишком много, и знаете что? Вы можете убить пациента. Как отметил Зеленко, этих доз «достаточно, чтобы убить слона».

Непонятно, почему в этих исследованиях использовались такие огромные дозы, ведь дозы, в которых этот препарат обычно назначается при различных заболеваниях, никогда не бывают такими высокими.

«Все, что сделали эти исследования, это доказали, что если отравить кого-то смертельной дозой препарата, то он умрет», — говорит Зеленко.

Затем было знаменитое исследование Lancet, которое ВОЗ использовала для обоснования запрета гидроксихлорохина. Это исследование было отозвано, когда выяснилось, что данные были полностью сфабрикованы с помощью фальшивых данных. Предполагалось, что это был мета-анализ около 90 000 пациентов, который показал, что гидроксихлорохин имеет смертельный эффект.

К сожалению, до того, как это исследование было отозвано, оно привело к тому, что ВОЗ (или, цитируя Зеленко, «всемирная организация убийц») наложила мораторий на использование гидроксихлорохина, что не улучшило доверие общественности к этому препарату. Что еще более вопиюще, Управление по контролю за продуктами и лекарствами США использовало эту фальшивую работу в качестве одного из обоснований для отмены разрешения на экстренное применение гидроксихлорохина, несмотря на то, что исследование уже было отозвано.

Дискредитация гидроксихлорохина убила десятки тысяч людей

По словам доктора Зеленко, «гидроксихлорохин — самое безопасное лекарство в истории медицины, азитромицин — один из самых распространенных антибиотиков, используемых в медицине, а цинк — минерал, который хорошо известен и хорошо переносится. Эти препараты были доступны по цене и их можно было принимать дома, что было очень важно. И они работали.

Вирус не опасен, если подходить к нему правильно. Если вы лечите его в правильные сроки, он ничем не отличается от плохого гриппа. С ним можно справиться».

30 июня 2020 года Зеленко с двумя соавторами опубликовал исследование, в котором показал, что лечение пациентов с COVID-19, у которых были подтверждены положительные результаты теста «как можно раньше после появления симптомов», с помощью цинка, низкой дозы гидроксихлорохина и азитромицина снизило вероятность госпитализации на 84% и смерти по всем причинам на 500% по сравнению с отсутствием лечения вообще.

Как ни странно, несмотря на то, что Зеленко приложил немало усилий, чтобы поделиться своими клиническими результатами с Белым домом и Национальным институтом здравоохранения, он не получил никакой поддержки.

«За последние 20 лет произошло то, что академическая элита и фармацевтическая промышленность создали монополию на медицинскую истину», — говорит он.

«Они считают, что только данные, полученные в ходе рандомизированных контрольных испытаний, спонсируемых фармацевтической промышленностью, или те, которые выходят из крупных академических институтов, должны рассматриваться как истина. Все, что исходит от сельского врача, работающего на передовой, высмеивается.

В этом и заключается преступление. Они создали искусственные барьеры, которые препятствуют потоку здравого смысла и жизненно важной информации. Знаете, какие страны отнеслись к этому серьезно? Видите ли, это болезнь богатства, потому что богатые страны могут позволить себе пустую трату денег. Бедные страны, такие как Гондурас... у них не было выбора.

Они не могли позволить себе респираторы. У них не было достаточного количества больниц. Поэтому они тяготели к дешевым непатентованным подходам. И именно они дают наилучшие результаты».

Зеленко особо отмечает Уганду, население которой составляет около 50 миллионов человек, но в которой было зарегистрировано всего 325 смертей. «Я считаю, что это был геноцид против пожилых людей и преступление против человечества», — говорит он. «Есть много людей, у которых кровь на руках, включая СМИ».

Скоординированные усилия по нанесению вреда

Он также подчеркивает, что ответ на пандемию, включая и подавление гидроксихлорохина, явно был глобальным скоординированным усилием.

«Вы должны задать вопрос, кому выгоден дестабилизированный мир? Кому выгоден хаос на улицах, анархия, финансовое отчаяние, психологические травмы?... В некоторых районах нашей страны уровень самоубийств вырос на 600%.

Я разговариваю со своими коллегами в отделениях неотложной помощи — количество случаев жестокого обращения с детьми и супружеского насилия, с которыми они сталкиваются, просто смехотворно. Растет количество сопутствующего ущерба от предотвратимых заболеваний, таких как болезни сердца и рак, потому что люди не имеют доступа к плановому лечению.

Многие люди не делали вовремя плановые операции. Таким образом, возникло много побочных последствий. Закрытие системы убивает больше людей, чем вирус. Вирус не опасен, если подходить к нему правильно. Если лечить его в правильные сроки, он ничем не отличается от гриппа. С ним можно справиться. Вам не нужно закрывать мир».

Можно перестать жить в страхе

Зеленко, который родился в коммунистической стране и чья семья пострадала от коммунистического и фашистского правления, весьма чувствителен к признакам этих авторитарных режимов. Он вспоминает историю, рассказанную в книге Александра Солженицына «Архипелаг ГУЛАГ».

Сталин хотел прорыть канал от Москвы до Санкт-Петербурга. Эта работа, проводившаяся в середине зимы, привела к смерти 400 000 заключенных, поскольку им не дали ни соответствующей одежды, ни инструментов. Тела были брошены в цемент и стали постоянной частью канала.

«Ни один корабль никогда не пользовался каналом, потому что он был слишком мелким. Поэтому возникает вопрос: зачем был построен этот канал? И ответ таков: Чтобы 400 000 человек умерли», — говорит Зеленко.

«Я не нападаю на вакцину. Я нападаю на необходимость вакцины. У меня недостаточно информации, чтобы сказать, хорошо это или плохо. И я не люблю гадать. Но что я могу вам сказать, так это то, что я точно знаю, что 99,98% молодых и здоровых людей в возрасте до 45 лет выздоравливают без всякого лечения.

Я также точно знаю, основываясь на своих собственных проверенных в реальном мире боевых данных, которые были воспроизведены на сотнях тысяч пациентов, что если вы вмешаетесь на ранней стадии, вы, по сути, исключите госпитализацию и смерть. И сейчас я лечил две волны. Я не видел ни одного пациента, у которого COVID-19 был в первой волне, заболевшим снова...

Значит, необходимости в вакцине не существует. Она ... была искусственно смешана... предлагая людям искусственное решение с ложной надеждой, чтобы поработить их и сделать зависимыми от правительства. Знаете, почему мой подход так опасен? Потому что он не только лечит COVID-19, но он лечит тревогу. Он говорит людям, что вам не нужно беспокоиться.

Мое заявление американскому народу или тому, кто его слушает, таково: Возвращайтесь к нормальной жизни. Вам не нужно беспокоиться. И кстати, есть варианты без рецепта, которые могут заменить гидроксихлорохин, если ваше правительство или врач слишком глупы или порочны, чтобы дать вам его. Так что вам не нужно полагаться на них. Вы можете купить без рецепта то, что спасет вам жизнь. Поэтому я хочу сказать, что вернитесь к нормальной жизни...

Невероятно, какое преступление было совершено над человеческой психикой. Я кричу человечеству: Не бойтесь! Будьте осторожны. Будьте умными. Используйте здравый смысл. Но не бойтесь. Вернитесь к жизни. Вернитесь к жизни».

Механизм действия гидроксихлорохина и его альтернативы

К безрецептурным альтернативам гидроксихлорохина относятся экстракт зеленого чая и кверцетин, которые являются ионофорами цинка и поэтому действуют подобно гидроксихлорохину. Однако кверцетин лучше всего работает, если принимать его в сочетании с витамином С, так как витамин С помогает активировать его. Зеленко рекомендует принимать 1000 миллиграммов витамина С вместе с ним.

У гидроксихлорохина есть и другие механизмы действия, помимо ионофора цинка, поэтому он является лучшим выбором, но если вы просто не можете его достать, то экстракт зеленого чая или кверцетин могут стать альтернативой. Дополнительные преимущества гидроксихлорохина включают:

-ингибирование проникновения вирусов в цитоплазму, частично за счет изменения рН;

-ингибирование цитокиновых бурь благодаря противовоспалительным свойствам;

-стабилизация эритроцитов, что улучшает насыщение крови кислородом.

«Поскольку он имеет четыре различных механизма действия, это очень эффективный препарат, и его период полураспада в плазме составляет 50 дней», — говорит Зеленко.

Оговорка здесь в том, что вы должны применять это лечение в правильные сроки. Полезно понимать, что мы имеем дело с двумя заболеваниями или стадиями болезни.

Во-первых, это вирусная инфекция, а во-вторых, чрезмерная реакция иммунной системы, которая приводит к высвобождению воспалительных цитокинов и агентов, способных вызвать образование тромбов. Главное — предотвратить переход от первой стадии ко второй.

Помощь по рецепту доступна

Как и многие другие, кто осмелился бросить вызов системе, Зеленко был атакован с нескольких сторон. Его персона была разгромлена в прессе, его медицинские полномочия подвергались сомнению и угрозам, а его присутствие в интернете замалчивалось.

«До марта 2020 года у меня не было никакого опыта работы со СМИ. Я был тихим врачом, который заботился о своих пациентах и жил спокойной жизнью. И вдруг все это обрушилось на меня...

Я был в Twitter, получая 10 миллионов просмотров на твит. В прошлом месяце меня закрыли за манипуляции с платформой. Я даже не знаю, что это значит. Поэтому мне пришлось создать свой собственный сайт. Он бесплатный и содержит мои протоколы на 20 разных языках».

Чтобы узнать больше о протоколах Зеленко, посетите его сайт vladimirzelenkomd.com. Там вы найдете протоколы раннего лечения и профилактики, а также исследования, в которых обосновывается каждый из компонентов лечения, и отзывы пациентов.

На его сайте также есть доступ к телемедицине через программу «Поговори с врачом», которая может заменить самолечение. «Если вы живете в тираническом штате, вы можете проконсультироваться с доктором Филдсом», — говорит Зеленко. «Мне пришлось это разработать, потому что по всей стране были пациенты, у которых не было доступа к гидроксихлорохину».

На данный момент гидроксихлорохин должен быть доступен большинству людей в США, но вам нужен рецепт, а некоторые врачи все еще не хотят его выписывать. В других случаях аптеки могут создавать препятствия. «Может потребоваться некоторое усердие, но ни один из моих пациентов не остается без выписанного для него лекарства», — говорит он.

Раннее лечение предотвращает побочные эффекты

В заключение стоит отметить, что при раннем лечении риск развития долгосрочных побочных эффектов, обычно называемых «отсроченными», практически сведен к нулю. Ни у одного из пациентов Зеленко, получивших лечение в течение первых пяти дней после появления симптомов, впоследствии не развились симптомы дальнего действия.

«У меня были пациенты, которые были дальнобойщиками, они приходили ко мне в «запущенном» состоянии, и у них уже был развит воспалительный процесс. На тот момент цитокиновый шторм уже взял верх. У них образовались тромбы, у некоторых из них был инфаркт легкого, или инсульт.

У других развилась ОРДС или катастрофическое повреждение легких и пневмония, а третьи просто перестали быть собой. Я не знаю, как это описать, но это съело часть их душ. Они уже не те люди. У них депрессия, отсутствие энергии. Есть и психологическое воздействие.

Так что я не то чтобы не имею дела с дальнобойщиками, я имею. Но способ предотвращения синдрома дальнобойщика — это вмешательство в течение первых пяти дней с помощью соответствующих противовирусных препаратов у пациентов с высоким риском. Это дает 100% успех», — говорит он.

Свет истины победит

Зеленко называет пандемию COVID-19 и все, что с ней связано, информационной войной, пропагандистской войной, и его главная цель и задача в этой войне — просвещать и говорить правду.

«В головы людей вбрасывается множество ложных историй, чтобы посеять страх», — говорит он. «В Псалмах Давида сказано: «С бесчестными людьми и поступать надо бесчестно». Там также говорится, что нужно учиться у вора.

Так вот, я учился у врага и использовал его тактику, чтобы противостоять ему. Основная тактика — распространять истину. Кстати, это уже не зависит от меня. У меня есть лидеры второго, третьего и четвертого поколения, которые взяли на себя миссию и действительно распространяют знания по всему миру.

Остановить это невозможно. Они могут попытаться замедлить этот процесс, и они это делают. Но правда выйдет наружу. Правда выйдет наружу. И когда правда выйдет наружу, люди, которые пытаются помешать этому и используют ложь для убийства, будут уничтожены ею, если это будет угодно Богу.

Сейчас я более оптимистичен, чем когда-либо прежде, просто потому, что путаница исчезла. Жизнь была очень запутанной. Вы не знали, что хорошо, что плохо. Теперь все очень ясно. Зла гораздо больше, это правда. Но я знаю, где оно. Я знаю, где враг. И я знаю, где добро. И немного света отгоняет много тьмы».

Мнения, выраженные в этой статье, являются мнением автора и не обязательно отражают точку зрения The Epoch Times.