• Китай: Смена кармы. Часть первая: Таинственный Китай

  • Воскресенье, 22 июля 2007 года

Не исключено, что XII китайская пятилетка (2010-2014 годы) явит миру «иной» Китай, нежели тот, что присутствует в системе международных отношений сейчас. И тогда международное сообщество замрёт перед таинственным ликом Поднебесной в ожидании пугающей неизвестности: выходит все стратегии, основывающееся на том, что Китай – коммунистическое государство, изначально были ошибочны.

Сегодня официальный Пекин продолжает называть свой курс как «построение социализма с китайской спецификой». Однако, если проанализировать детали этого курса, обнаружится, что от социализма в нём есть только название, остальное – загадочная «китайская специфика».

На пороге перемен

К 2011 году уже даже формально должен завершиться «коммунистический этап» китайской истории. Поднебесная вновь обращает свой взор к завораживающему и чарующему Дао. Как это было до прихода к власти т.н. «красной династии» 1949 года на протяжении долгих тысячелетий.

Хотя фактически свой исторический поворот (очередной) Китай уже совершил давно. Как минимум, около четверти века назад. С тех пор, Поднебесная с каждым годом всё дальше и дальше отдаляется от коммунизма.

Кстати, миллионы болельщиков из разных стран в этом смогут убедиться в августе 2008 года, когда они съедутся в Пекин на Олимпиаду. Смогут убедиться, прежде всего, в том, что явно нечто не то творится в «Срединном государстве». Тем более, не то, о чём десятилетиями на весь мир трезвонила «западная школа», заверяющая, что «Китай – коммунистическая диктатура».

Например, китайцы уже больше не «фанатеют» от коммунистических идеалов. Для них главным мерилом нравственного самосовершенствования, как и в былые века, снова становится Дао. Правда, за время «красной смуты» многие китайцы забыли о том, что есть Дао.

Нет в Китае также «культа Мао» или культов иных «вождей». Молодых китайцев больше не заставляют бессмысленно заучивать наизусть объёмные тексты из цитатника Мао Цзедуна или «коптеть» в библиотеках над анализом документов съездов КПК.

При этом, это отнюдь не означает, что китайцы теперь все в одночасье лишились чувства почитания старших, власти и государства, любви к Родине, конфуцианской сыновней почтительности.

Несмотря на некоторые «чёрные пятна», китайцы по-прежнему с уважением относятся к своей истории. В том числе, к её коммунистическому периоду. И вряд ли в Китае когда-либо (в том числе, после XII пятилетки) начнут издеваться над памятниками и, тем более, над памятью своих, пусть и десакрализованных, героев. Наподобие того, как сейчас глумятся над своей историей в некоторых странах Европы.

Китайцы уже освободились от многих былых коммунистических догматов. Но это не означает, что в стране наступила демократия и свобода. По крайней мере, в их западном понимании.

К сожалению, освобождение о коммунистических догматов всё ещё не привело к возвращению китайцев к своим традиционным ценностям, культуре. Смута в головах, посеянная коммунистами, по-прежнему даёт о себе знать. Коммунистический вакуум всё ещё не заполнен. В таких случаях, в Европе говорят, что стакан, скорее, наполовину пуст, чем наполовину полон.

Однако, не менее важно, что коммунизм в Китае всё-таки перестал быть догмой, лишившись своего монопольного статуса в обществе.

Как следствие, коммунистическая идеология для китайцев теперь – это не более, чем одна из идеологий, которые существуют в мире. Не самая плохая идея, но серьёзно проигрывающая китайским древним учениям: конфуцианству и даосизму.

Китай и коммунизм

По большому счёту, коммунистическим государством Китай так и не стал. Разве что ряд внешних признаков позволяли отдельным исследователям вешать на Поднебесную такой ярлык.

Во-первых, название государства – Китайская Народная Республика.

В нынешнем году по традиции 1 октября китайцы будут отмечать 58-летие КНР. Однако, согласитесь,  это нелепость, что Китаю всего 58 лет! Сомневаюсь, что китайцы столь смешно воспринимают историю своей Родины.

Правда, в таком случае, зачем этот праздник продолжать официально интерпретировать как «главный праздник» страны? Тем более, что для сотен миллионов китайцев главным праздником традиционно является Праздник весны, а не заполитизированное «1 октября».

Во-вторых, официальным народным представителем в системе государственной власти была и все ещё продолжает быть компартия Китая.

Однако, китайское инерционное сознание всегда воспринимало и до сих пор воспринимает правление КПК как период очередной «имперской» династии - «красной династии». Правда, в отличие от былых династий, роль императора выполняет «коммунистический вождь», формально известный как «председатель КНР».

Разумеется, официальный Пекин может уже сейчас прямо заявить об окончании периода «коммунистического правления». Однако, такой поступок китайского руководства стал бы не своевременным, т.к. была бы нарушена преемственность власти.

В-третьих, доминирующим цветом в государственной символике КНР является красный цвет.

Но красный цвет – это один из исторических символов Китая, олицетворяющий силу, могущество и власть.

В то же время, не стали также своими для китайцев 5-конечная звезда, а также серп и молот. Гораздо большей популярностью продолжают пользоваться Дракон, птица Феникс, чёрно-белые панды, разные виды духов и т.д.

Впрочем, мы коснулись только внешних изменений. Следует отметить главное – за время нахождения у власти китайским коммунистам так и не удалось провести те реформы, которые позволили бы коммунистическим изменениям претендовать на необратимость.

Во-первых, коммунисты не смогли развалить дружную и монолитную китайскую общину. Не удалось коммунистам также посредством урбанизации выманить крестьян от родной земли и развалить, тем самым, китайскую деревню. Кроме того, вопреки стараниям КПК, у китайцев не убит частно-собственнический инстинкт.

Во-вторых, коммунистам не удалось посадить китайцев на тлетворную «иглу» т.н. «интернационализма».

В этой связи только после всего перечисленного возникает закономерный вопрос: какой же Китай «коммунистический», если в нём нет даже намёка на интернационализм и ликвидацию частной собственности?!

Вместо коммунизма

В таком случае, если Китай – не коммунистический, в чём его суть?

Для некоторых китаистов развенчания мифа о «коммунистическом Китае» станет свидетельством крайней скудости их знаний о Поднебесной, её истории, культуре.

Впрочем, вопрос о будущем «цвете» Китая, скорее, заботит иностранных наблюдателей, нежели непосредственных китайцев. Китайцы же в своей обыденной жизни предпочитают не отвлекаться на пустые разговоры о политике или о геополитике. Они просто хотят  наслаждаться жизнью, ловя каждый ей миг, заниматься своими проблемами, думать о будущем, с каждым днём приумножая своё материальное благополучие и не забывая о каждодневной работе над своим нравственным самосовершенствованием.

Тем временем, в мире сложилась парадоксальная ситуация, когда один и тот же факт разными политиками трактуется по-своему.

Так, с одной стороны, когда сегодня говорят о нынешней экономической мощи Китая, одни наблюдатели-китаисты продолжают упрямо приписывать эту мощь к «заслугам» коммунистических вождей. По мнению коммунистов, Китай до сих пор развивается по принципам марксизма-ленинизма. В то же время, все те признаки, которые не вписываются в сущность «коммунистического проекта», (элементы демократии и рыночной экономики) коммунисты приписывают к безликой «китайской специфике».

В результате, имеем следующую версию разгадки сущности китайского бытия: Китай – по-прежнему остаётся в мире самой крупной коммунистической державой.

Однако, есть наблюдатели-китаисты, которые уверены в противоположном: рост Китая обусловлен не политикой КПК, а вопреки ей. «Только после того, как Китай стал на путь демократизации и эволюции рыночных реформ – страна стала на путь динамичного роста», - уверены апологеты демократического Китая.  По мнению «рыночников», китайский экономический бум обусловлен преимущественно иностранными инвестициями.

В результате, упомянутой коммунистической версии противостоит точка зрения демократов: Китай уже давно не строит коммунизм, а является начинающей капиталистической страной.

Есть ещё одна, не менее экзотичная версия, чем предыдущие точки зрения: Китай – конфуцианско-коммунистическое государство. Интересно, чем руководствуются люди, выдвигая подобные версии? Ведь, «вероятность» получить гибрид от скрещения коммунизма с конфуцианством такая же, как рождения плода от ежа и гадюки.

Однако, как ни странно, каждая из названных точек зрения (версий) внешне неплохо аргументирована и логична. (версия о гибриде, разумеется, не в счёт). Проблема только в том, что и коммунисты, и «рыночники» чрезмерно абсолютизируют свою точку зрения.

Тем более, обе стороны нивелируют роль китайского народа, труд которого в первую очередь позволил Поднебесной существенно укрепить в мире свой политический авторитет и экономическую мощь.

Очевидна также узость как коммунистического, так и рыночного, мнений. Ведь, Китай гораздо старше как коммунизма, так и капитализма, демократии, либерализма вместе взятых.

В многотысячелетней китайской истории были разные периоды: и взлёты, и падения; и Золотой век Империи Тан, и период руины Троецарствия; и порабощение монголами, и власть над бывшими монгольскими угнетателями…

Однако, несмотря ни на что, Китай прошёл через все свои испытания, сохранив свою самобытность и сделав для себя лучшие уроки из пережитого.

В этой связи, нет сомнения, что Китай воспользуется лучшими советами демократии, коммунизма и либерализма, сохранив при этом свою загадочную «китайскую специфику».

***



Прогнозируя, каким станет Китай к XII пятилетке, сегодня точно можно сказать, что «будущий» Китай не будет коммунистическим.

Однако, при этом нельзя сказать, что Китай пойдёт по пути демократического развития, изобретя по аналогии с «социалистической спецификой» некую «демократию с китайской спецификой».

Если проанализировать структуру экономики, нельзя также называть Китай полностью рыночным государством. Опять же к элементам рынка снова придётся добавить пресловутую «китайскую специфику».

В то же время, нельзя также сказать, что Китай вернётся к истокам, существовавшим, например, до 1949 года. В летоисчислении китайцев время, словно река, течёт линейно: оно не может повернуть вспять.

Скорее всего, Китай останется таким же восприимчивым ко всем изменениям в мире, как и был всегда.

Т.е. Китай не будет ни «новым», ни «старым» – он просто останется самим собой.

На протяжении тысячелетий, отгородившись от остального мира могучей Великой стеной, Китай, тем не менее, всегда чутко впитывал все изменения и веяния, происходящие в окружающей среде. Правда, такие заимствования происходили незаметно. Китай всегда демонстрировал показную холодность и равнодушие к другим странам. При этом все свои внешние заимствования Китай всегда стремился смешать со своей «китайской спецификой».

К XII пятилетке Китай будет и коммунистическим, и демократическим, и имперским… Но вся эта «солянка» означает одно: Китай по-прежнему останется для всего мира таинственным. И этой таинственностью Китай вновь и вновь будет притягивать к себе многих людей.

Над разгадкой китайских тайн по-прежнему будут биться многие исследователи. И каждый раз, раскрыв какую-либо грань китайского естества эти наблюдатели будут заверять, что им открылось тайна китайского чуда.

Так, не исключено, что и после XII пятилетки будут встречаться люди, кто будет верить в коммунистическую сущность Китая. Хотя, скорее всего, больше будет тех, кто будет называть Китай демократическим и рыночным государством.

При этом каждый из таких наблюдателей, страстно доказывая свою «правоту», пренебрежёт очень важной в таких случаях мудростью. «Нельзя объять необъятное», - учил неизвестный мудрец. Ибо не в тайнах сокрыто счастье, счастье от людей никуда не скрывается, его просто нужно вовремя разглядеть и научиться им пользоваться.

Продолжение следует…

Игорь Шевырёв. Специально для Великой Эпохи

Подписаться:

Social comments Cackle

загрузка...