• Критик режима Китая живет в терминале японского аэропорта

  • Четверг, 4 февраля 2010 года
Токио. Жить на лавочке длиной два метра в стерильном зале для прибывающих пассажиров токийского аэропорта Нарита для Фэн Чжэнху уже стало нормой. Три месяца он находится тут, в проходе между входным турникетом и окошками прохождения контроля паспортов. Тут нет магазинов, ресторанов и душа. В углу есть несколько растений и окно с видом на взлетную полосу, в которое недолго светит солнце.
 
«Пойти домой - это фундаментальное право человека. Это не только китайское дело, во всем мире то же самое. Это мое желание. Я хочу домой, хочу в свою страну», - говорит Фэн.

Бедственное положение Фэна стало образным отражением попытки напомнить китайским властям об ответственности за исполнение собственных законов.

Фэн издавал в Китае газету «Стража коррупции», чтобы разоблачить коррупцию среди чиновников и правосудия, преимущественно в родном городе Шанхае. Он сам изучил законы и помогал китайцам, подающим петиции, бороться за свои права после того, как их насильно выселяли из их домов, а дома сносили. До этого он был студентом-активистом демократического движения 1989 года, которое было задавлено танками на площади Тяньаньмэнь.

Фэн утверждает, что режим не пускает его в Китай, чтобы заставить его замолчать. «У них нет законного основания для моего ареста ... так они выбрали другой путь и выдворили меня из Китая. Это произошло уже со многими людьми в последние годы, и они всегда действуют тем же способом. Все, что можно сделать, это оказать небольшое сопротивление. Метод, которым они пользуются, кажется им успешным».

Протест Фэна

Заключение Фэна в аэропорту началось 4 ноября 2009 года, хотя его стремление вернуться домой длится с 7 июня. Тогда власти Шанхая запретили ему въезд в Китай после двухмесячного пребывания в Японии. Он делал попытку еще 7 раз, и ему или же не разрешали сесть в самолет, или же не давали выйти на родине. 3 ноября, при его последней попытке попасть домой, полиция Шанхая с помощью команды японской авиакомпании All Nippon затолкала его в самолет. С той поры он находится в постоянном аду.

У него есть разрешение на работу и он мог бы въехать в Японию, но он этого не делает. Фэн считает, что японское правительство должно оказать давление на Китай, чтобы тот признавал своих граждан. Так как этого не происходит, то протест Фэна направлен и на правительство Японии.

«Я не возлагаю больших надежд на японское правительство. В Японии все остается по-прежнему. - говорит Фэн. - Даже если я пробыл бы тут всего два дня, они должны были бы сообщить об этом в Китай».

«Я думаю, японское правительство хочет хороших отношений с Китаем», - добавляет он, так как многие японские репортеры спрашивали его причине невмешательства Японии.

Комиссия по делам беженцев ООН предложила ему статус беженца, но он отказался. Фэн не ищет теплого места, он ищет справедливости.

На основании информации, которую он предлагает пассажирам, отказавшийся беженец УВКБ (Управление Верховного комиссара ООН) утверждает: «У меня есть своя страна, Китай - моя Родина. Я китаец и китайский академик. Я обязан моей стране ... Правительство Китая нарушило не только всеобщую декларацию прав человека ООН и международные договоры по правам человека, не позволяя въехать в Китай гражданину Китая, но и Конституцию и законы Китая. Я очень хорошо знаю, что в Китае подвергнусь большим страданиям, но я все равно хочу на мою родину»

Задача Фэна в терминале аэропорта Нарита в Токио - воодушевить китайский народ на активное сотрудничество в решении проблем Китая.

«Я пробую не надеяться на сочувствие китайцев. В ходе истории китайцам пришлось много выстрадать. Я хочу показать миру, что мы вполне в состоянии сами решить наши проблемы. Я не хочу, чтобы мир получил впечатление, что мы обуза, и что определенные страны пробуют нам помочь, в то время как со своими проблемами они справляются сами. Китайский народ должен подняться, и решить свои собственные проблемы», - говорит Фэн.


С Фэном согласны в Китае и по всему миру. Целый день он занят перепиской и разговорами с группой коллег по твиттеру на своем компьютере.

«Очень многие газеты, теле- и радиостанции со всего мира берут у меня интервью. У меня запланировано время на интервью», - описывает Фэн свой деятельный распорядок дня.

Постепенно он привык спать под ярким неоновым светом и может даже оставаться в своем спальном мешке после 6 часов утра, когда приходит персонал аэропорта. Спальный мешок - это уже намного лучше, чем куртка, под которой он спал обычно. «Рабочий день» начинается в 8:30 и заканчивается в полночь.

 
Некоторые японские стюарты, проходя, приветствуют его вежливым «Ohiyo gozaimasu» - С добрым утром! - как приветствовали бы своих коллег.
 
«В обеденное время я делаю перерыв. Я нашел место, где внутрь проникает солнце, я сижу на солнышке», - описывает диссидент, сидя на своих руках. Он кажется немного изнуренным, но рациональным и решительным. «Моя жизнь тут пришла в норму», - говорит он.

Фэн питается сухой пищей, поданной ему сторонниками и их друзьями, проходящими через аэропорт. Его имущество ограничено ручной кладью. Иногда тайваньские стюарты дают ему немного свежей еды. Без возможности принять душ, он очень следит за чистотой.


Но Фэн не хочет выставлять напоказ страдания от жизни на пластиковой скамейке. Он говорит, что в Китае ему пришлось пережить намного худшее, он был украден, арестован, пытаем и посажен в исправительно-трудовой лагерь.

«То, что произошло с Гао (Чжишеном), случилось и со мной. В тюрьме мне пришлось пережить много мук и страданий. Поэтому моя способность переносить страдания - по сравнению с обычным человеком - выше. Я пробую тут жить обычной жизнью».

Гао Чжишен - китайский адвокат правозащитник, номинированный на Нобелевскую премию мира, описавший 50 дней своих пыток, которые он должен быть выстрадать в китайской тюрьме. В феврале 2009 года он вновь был украден полицией и с тех пор пропал.


Вопреки международным публикациям о ситуации Фэна и поддержке покровителей, кажется, никак не решается вопрос с его необычным выдворением. Но Фэн неустрашим.

«Мое душевное состояние стабильно. С первого дня тут ничего не изменилось. Я знаю, что делаю, осознаю, в чем дело, наблюдаю все это рационально и логично», - говорит он.

«Я не рассказываю другим ничего о том, как тяжело тут. Я хочу показать, что мы в состоянии, даже находясь под давлением, оставаться на ногах - спокойными и стабильными. Это даст также надежду другим», - заключительные слова Фэна.

Синди Друкер. Великая Эпоха

Подписаться:

Social comments Cackle

загрузка...