«Международная художественная выставка Венецианской биеннале — это площадка для диалога в интересах мира, а не судебная инстанция», — заявил в среду глава фонда в эмоциональной речи, защищая свое решение разрешить России вернуться на выставку, пишет Reuters.
Москве разрешили вновь открыть свой павильон в садах, где проходит выставка в лагунном городе, впервые с момента вторжения в Украину в 2022 году, что вызвало критику со стороны итальянского правительства и Европейского союза.
Тем не менее председатель биеннале Пьетранджело Буттафуоко остался непреклонен в своей позиции, несмотря на бурю, разразившуюся с момента обнародования этого решения в начале марта.
«Весь этот мир, зародившийся на почве Французской революции, Просвещения и секуляризма, превратился в свою полную противоположность: лабораторию нетерпимости, требований цензуры, закрытия и изоляции», — заявил он на пресс-конференции.
«Биеннале — это не суд; это сад мира. Мы не можем ее закрыть, мы не можем бойкотировать ее в качестве автоматического ответа. Мы должны обсуждать. Мы можем не соглашаться, и мы делаем это решительно», — сказал он.
Брюссель пригрозил лишить страну 2 млн евро финансирования в ответ на это решение, а итальянское правительство направило в Венецию инспекторов для расследования дела. Представитель Биеннале заявил, что Россия не была приглашена, но имела право участвовать, поскольку является владельцем павильона.
Из-за санкций ЕС Москве будет разрешено открыть свой павильон только на четыре дня предварительного просмотра для прессы. На протяжении всего шестимесячного срока работы выставки посетителям придется оставаться снаружи и смотреть видео, проецируемое на его наружные стены.
Ранее в среду феминистская протестная группа Pussy Riot устроила демонстрацию перед российским павильоном салатового цвета, используя розовые дымовые шашки и цвета украинского флага.
В своем комментарии на Facebook посол России в Италии Алексей Парамонов, который находился в Венеции на открытии павильона, раскритиковал ЕС за то, что он назвал «необоснованной одержимостью наносить удар по российской культуре и искусству».
«Наше присутствие на Биеннале просто свидетельствует о готовности России... продолжать диалог с Италией... на языке культуры и искусства», — сказал он.