• Чудовище по имени Маркс

  • Пятница, 8 января 2010 года

Ни одно философское учение со времен Адама не служило оправданием для такого количества убийств, как его теории. Его кредо — 'равенство и свобода' — превратилось в подобие религии, чьи фанатичные приверженцы правили половиной мира и порабощали сотни миллионов людей. Его имя — Карл Маркс.

Угнетение, пытки, голод и геноцид, освященные именем Карла Маркса превратились для жестоких правителей по всему миру в повседневную рутину.

Тем не менее, по итогам опроса радиослушателей, проведенного 'ВВС Radio 4', Карл Маркс — основатель коммунистического учения и прародитель социализма, ненавистник капитализма и 'буржуазных' классов — был объявлен величайшим философом всех времен и народов.

Как могло случиться, что человека, чьим именем деспоты оправдывали чудовищное варварство, прославляют в качестве одного из титанов цивилизованного мира?

Возможно, все дело в истолковании понятий. Может быть, 'величайшим' следует считать того философа, чьи идеи оставили самый глубокий след в истории? В этом случае, несомненно, наследие Маркса по своему масштабу может сравниться разве что с его же катастрофическими последствиями.

Недаром Маркс говорил: 'Философы лишь различным образом объясняли мир, дело же заключается в том, чтобы изменить его'.

И это ему действительно удалось. Как отмечает Фрэнсис Вин (Francis Wheen) в своей блестящей книге о Марксе, 'через 100 лет после его смерти половина населения планеты находилась под властью режимов, исповедовавших марксизм в качестве основополагающего учения'.

Без Маркса не было бы Холодной войны. Без Маркса не было бы ни 'железного занавеса', ни ГУЛАГа.

Так что согласимся: по масштабам воздействия на мировую историю с Карлом Марксом не сравнится ни один из философов. Однако слово 'величие', несомненно, несет в себе позитивный смысл. Но неужели мы можем положительно оценивать деятельность человека, чьи идеи породили столько чудовищ?

Без Маркса у Ленина и Сталина не было бы идеологии, позволившей им развязать террор против собственной страны, жертвами которого стали 60 миллионов человек. Мао никогда не стал бы самым страшным массовым убийцей в истории — на его совести целых 75 миллионов жизней.

Британия, да и Запад в целом, наслаждаются богатством и свободой именно потому, что их общество основано не на марксистском учении, а на демократическом капитализме, к которому Маркс относился с таким презрением.

Меня просто ошеломляет, что люди, наделенные и умом, и гуманизмом — а именно эти качества, я уверен, отличают слушателей 'Radio 4' — способны возносить на пьедестал человека, который принес нашему миру больше невзгод, чем кто-либо другой.

'Секундочку, — могут возразить мне апологеты Маркса, — вы упускаете главное и все упрощаете'. Нельзя, утверждают они, возлагать на Маркса ответственность за дела тех, исказил его учение, кто злоупотреблял его теориями в собственных целях. Диктаторы-чудовища по собственному произволу пренебрегали великими идеями его философии, отбирая лишь отдельные мысли, вроде неизбежности победы пролетариата, которые могли найти отклик у масс. Маркс, подчеркивают они, пришел бы в ужас от преступлений, совершенных его именем.

Возможно, это и так, но дает ли это Марксу индульгенцию за все ужасы, что освящались его именем? По моему, нет.

Чтобы объяснить, почему я так думаю, необходимо повнимательнее изучить, за что, собственно, выступал Маркс. Необходимо понять его личность, и выяснить, осознавал ли он последствия своих философских теорий.

Хотя его последователи истребляли людей миллионами, сам Маркс ни разу и мухи не обидел: в викторианском Лондоне он, несмотря на бедность, жил типичной жизнью буржуазного интеллигента.

Маркс, рожденный в 1818 г. в немецком городе Трир в довольно зажиточной семье евреев, принявших христианство, после окончания университета стал журналистом-радикалом, подвергавшим 'беспощадной критике все сущее'.

В 1843 г. он отправился в Париж, но был изгнан из французской столицы как опасный революционер. В 1848 г. в Бельгии Маркс, в соавторстве со своим богатым покровителем Фридрихом Энгельсом, написал 'Коммунистический манифест'.

Наконец, в 1852 г. он обосновался в Лондоне, где в 1867 г. и завершил работу над своим главным трудом — 'Капиталом'.

В обыденной жизни Маркс порой был тщеславным, злобным, неприятным в общении субъектом, но одновременно, как показал Фрэнсис Вин, нежно любил свою жену, красавицу-аристократку Женни фон Вестфален, и тяжело переживал трагическую смерть трех из шести своих детей. В запущенном лондонском Сохо он жил как типичный представитель среднего класса, но это существование зависело от щедрости его покровителей. Как пишет Вин, Маркс 'постоянно бомбардировал богатых дядюшек письмами, выклянчивая у них деньги, и унижался перед дальними родственниками, чтобы они упомянули его в завещаниях'.

После смерти философа в 1883 г. его могила на кладбище Хайгейт превратилась в святая святых для марксистов всего мира; таковой она остается и по сей день. Маркс вооружил их идеей о том, что капитализм и частная собственность — это зло, а социализм и государственная экономика — благо. Тронутый страданиями бедняков-рабочих, он создал догматическую, всеобъемлющую, универсальную теорию, призванную избавить общество от неравенства.

Маркс был убежден, что поведение и судьбу человека определяют не его характер и нравственные качества, а воздействие экономических сил, не позволяющее беднякам вырваться из нищеты. По его мнению, понятия нравственности и нравственного поведения были всего лишь набором правил, с помощью которых правящие классы властвовали над 'рабочими-пролетариями', стремясь навечно закрепить их униженное положение.

Более того, Маркс утверждал, что история представляет собой цепь предопределенных шагов к воплощению идеала: свержению капиталистического строя и созданию эгалитарного коммунистического общества.

'Ее [буржуазии] гибель и победа пролетариата одинаково неизбежны, — писал Маркс в 'Манифесте'. — Коммунисты. . . открыто заявляют, что их цели могут быть достигнуты лишь путем насильственного ниспровержения всего существующего общественного строя. . . Пролетарии всех стран, соединяйтесь!'

Именно эта уверенность в необходимости, неизбежности и благотворности революции и классовой борьбы, в том, что цель — воплощение в жизнь марксистской утопии — оправдывает любые средства, придавала учению Карла Маркса такую силу и такой разрушительный характер. Ведь оно прекрасно обыгрывало убеждение рабочих в том, что с ними обходятся несправедливо, и одновременно оправдывало насилие ради преобразования общества.

Апологеты Маркса могут сколько угодно повторять, что он пришел бы в ужас от ГУЛАГа, сталинского террора, загубившего его именем миллионы жизней, или от положения советских рабочих, которые должны были трудиться за нищенскую зарплату под его портретами, которые смотрели на них с каждой стены. Но именно поэтому его и нельзя считать великим философом. Маркс не понимал, чем обернутся для человечества его идеи.

А вот многие диктаторы, напротив, отлично поняли, чего они могут добиться, вооружившись идеями Маркса. Ленин, с его блестящими политическими способностями, моментально осознал жестокий реализм марксизма, и попросту добавил к нему политический механизм для воплощения идей на практике. Он заявил, что коммунистическое общество должно создать не массовое движение неумелых пролетариев — интеллектуалы вроде Маркса и Ленина на самом деле глубоко презирали 'тупых' работяг — а небольшой элитный авангард марксистов-революционеров, действующих от имени рабочего класса. Другими словами — коммунистическая партия, состоящая из таких людей, как он сам или Сталин.

Марксизм-ленинизм не только не создал совершенное общество: он превратился в грубый инструмент для захвата и удержания власти горсткой честолюбцев.

В 1917 г. Ленин захватил власть в России. Обнаружив, что миллионам рабочих и крестьян марксистские идеи претят, он решил, что сохранить у власти свою большевистскую партию можно лишь силой, террором и угнетением. В конце концов, цель оправдывает средства. Сам Ленин был одержимым марксистом, поэтому он лично отдавал приказы об убийстве тысяч людей, а миллионы других обрек на голодную смерть, оправдывая это идеей Маркса о неизбежности победы революции. 'Пусть крестьяне поголодают', — говаривал он. Или еще: 'Как же можно совершить революцию без расстрелов?'

Когда я начал собирать материалы для своей книги 'Сталин: при дворе красного царя' ('Stalin: The Court of the Red Tsar'), работая в личном архиве Сталина, я все еще не мог понять, почему советский диктатор и его приближенные так охотно убивали людей. Может быть, они были безумны, или стали жертвой 'промывания мозгов', или убийства были для них способом сделать карьеру?

Однако, когда я прочел их письма, ситуация стала проясняться. Я узнал, что каждый поступок они объясняли своими марксистскими убеждениями — они с готовностью истребляли миллионы людей, даже отправляли на казнь близких друзей, потому что на самом деле фанатично верили, что вся эта резня приведет к созданию идеального общества, бесклассового утопического рая, о котором мечтал Маркс.

Массовые убийства превратились для последователей Карла Маркса в разновидность производственной статистики: в 1937 г., развязав 'большой террор', Сталин попросту установил для каждой области 'разнарядку' по убийствам — ничем не отличавшуюся от плана по выплавке чугуна.

'Гибель одного человека — трагедия, гибель миллионов — статистика', — говаривал Сталин. Возможно, Маркс и пришел бы в ужас от таких слов, но именно он низвел человеческую жизнь до уровня простого звена в процессе 'производства' Утопии.

Не забудем и еще об одном: Маркс настаивал, что его учение — не просто философская теория, а научная истина. Из-за этой 'научности' миллионы дураков превратились в убийц, полагая, что выполняют 'волю истории': они не понимали, что марксовы 'истины' — всего лишь набор трескучих фраз.

К моменту смерти Сталина в 1953 г., 30 миллионов человек лежали в земле, а другие 30 миллионов — прошли через советские лагеря. Еще 75 миллионов людей, как указывают авторы новой фундаментальной биографии Мао Цзэдуна Юн Чан (Jung Chang) и Йон Хэллидэй (Jon Halliday), погибли или умерли от голода в Китае за период правления 'великого кормчего' (1949—1976 гг.).

Но это еще не все: количество жертв учения Маркса в других странах также исчисляется миллионами. В 1975 г. Пол Пот и его 'красные кхмеры' решили полностью переделать Камбоджу на марксистский лад: это обошлось стране в два миллиона жизней. В 1974 г. Менгисту Хайле Мариам — глава марксистского 'Дэрга' — сверг эфиопского императора Хайле Силассие: за годы его правления также погибли миллионы.

Пожалуй, самыми вопиющими примерами злодеяний, совершенных уже в наши дни, являются действия африканских диктаторов-марксистов — от Роберта Мугабе в Зимбабве до полковника Каддафи в Ливии — не дающих континенту выбраться из трясины средневековья. Мугабе, которого всячески превозносили левые либералы, когда он стал первым президентом Зимбабве на марксистской платформе, все 18 лет, что он находится у власти, систематически губит собственную страну, превратив ее в полицейское государство с нищим населением. Его кампаниям террора присущи все характерные черты пропагандируемой Марксом 'классовой борьбы' — бесстыдного преследования целых социальных групп ни в чем не повинных людей, приводящего к трагическим результатам — голоду и убийствам. Тем из его бывших сторонников — западных либералов — кто сегодня говорит, что Мугабе сошел с ума, я отвечу: 'Нет, он не безумец, он просто марксист'.

Согласно моим подсчетам, в 20 веке по прямому приказу убежденных марксистов, действовавших именем своего идола Карла Маркса, было убито более 150 миллионов человек.

Ленин, Сталин и Пол Пот — все они часами штудировали и заучивали наизусть труды Маркса. Сталин настолько верил в эти идеи, что, по словам шефа его тайной полиции — садиста Лаврентия Берии' — 'его марксистские убеждения чем-то напоминали фанатичную веру мусульманина'.

Эти чудовища еще и обвиняли друг друга в недостаточном знании 'священного писания': после прихода Мао к власти Сталин, которому было известно, что тот по-настоящему не знаком с трудами Маркса, презрительно называл китайского лидера 'маргариновым марксистом'.

Для приверженцев Маркса их идол превратился в некое подобие бога: когда кто-нибудь из русских коммунистов умирал, о нем говорили, что покойный 'отправился к Марксу'.

Несомненно, по своему пагубному влиянию Маркс не имеет равных в современной истории. А ведь я еще даже не упомянул о чрезвычайно вредном воздействии марксистской фразеологии на наше общество — например, на британскую систему образования, где соревновательность недооценивается, талант зачастую наказуем, а слово 'элита' превратилось в ругательство.

Тлетворное влияние Маркса ощущается в нашем обществе на каждом шагу — и это несмотря на все зло, которое его идеи причинили другим странам. В центристской 'обновленной лейбористской партии' Тони Блэра очень многие до сих пор считают марксизм гуманистическим, достойным учением. Что там говорить — в его кабинете полным-полно бывших марксистов.

Да, Маркс не несет прямой ответственности за совершенные убийства. Вина за них лежит на тех, кто отдавал приказы и нажимал на спусковой крючок. Но это не значит, что можно игнорировать утопизм, нетерпимость, аморальный абсолютизм и 'научную' беспрекословность марксовых идей, которыми оправдывались самые кошмарные деяния 20 столетия.

Как отметил выдающийся философ Бертран Рассел (Bertrand Russell), мышление Маркса было 'сумбурно и. . . вдохновлялось почти исключительно ненавистью'. Плоды этой ненависти мы и сегодня видим в Зимбабве, в тайных пыточных застенках Северной Кореи, или обнищавших за годы коммунистического правления странах Восточной Европы: ведь в березовых рощах вокруг Москвы и сегодня находят братские могилы жертв сталинского террора — их останки можно безошибочно определить по пулевому отверстию в черепе.

В этот и состоит истинное наследие 'величайшего философа всех времен и народов'.

Саймон Сибег Монтефиоре
Подписаться:

Social comments Cackle

загрузка...