Союзники Китая теряют власть один за другим
Круг политических союзников Коммунистической партии Китая заметно сужается. От Латинской Америки до Ближнего Востока и Южной Азии авторитарные лидеры, публично декларировавшие тесные связи с Пекином, один за другим теряют власть.
В мае прошлого года глава КПК Си Цзиньпин встретился с президентом Венесуэлы Николасом Мадуро в Москве. Тогда китайский лидер заявил о «незыблемой дружбе» между двумя странами. Однако уже через семь месяцев Мадуро оказался под стражей в США. Американские власти обвиняют его в причастности к наркотерроризму.
Похожая ситуация сложилась и в Южной Азии. В августе прошлого года бывший премьер-министр Непала Шарма Оли встретился с Си Цзиньпином. Пекин заявил о готовности углубить сотрудничество и вывести двустороннее партнерство на новый уровень. Однако уже через месяц Оли был вынужден уйти в отставку на фоне массовых протестов.
По всей стране загорелись демонстрации, в которых активную роль играла молодежь. Протесты были направлены, в частности, против решения правительства ограничить доступ отдельных медиаплатформ. Временно обязанности премьер-министра взял на себя бывший председатель Верховного суда.
Аналогичное развитие событий произошло и в Бангладеш. Премьер-министр страны встречалась с Си Цзиньпином в 2024 году, после чего Пекин объявил об установлении всеобъемлющего стратегического партнерства. Уже через месяц она подала в отставку, завершив свое 15-летнее пребывание у власти.
Отставка явилась следствием массовых протестов. Тысячи демонстрантов штурмовали резиденцию премьера после того, как она приказала силовикам подавить мирные акции. По имеющимся данным, во время разгона погибли около 300 человек.
Еще один пример – Сирия. В 2023 году Си Цзиньпин принимал в Пекине тогдашнего президента Башара Асада и объявил о стратегическом партнерстве между двумя странами. Асад находился у власти 24 года. Более чем через год после этой встречи он сбежал в Россию, когда повстанческие силы захватили столицу Сирии.
Серия этих событий привлекает внимание к тому, как быстро меняется политическая судьба лидеров, еще недавно декларировавших тесные отношения с Пекином, и ставит под вопрос стабильность круга международных партнеров Китая.