От палачей к героям: как РФ стирает историю преступлений Сталина в рамках путинского национализма

Сотни тысяч людей были расстреляны во время Большого террора 1937–1938 годов, а около 12 миллионов стали жертвами системы трудовых лагерей ГУЛАГа в рамках одной из крупнейших кампаний политических репрессий XX века. Российские власти обвиняются в том, что они заменяют память о преступлениях советского коммунизма нарративом, сосредоточенным на Второй мировой войне.

Архивы закрываются, мемориалы, посвященные сотням тысяч людей, казненных во время Большого террора (1937–1938 гг.), демонтируются, а упоминания о миллионах жертв системы трудовых лагерей ГУЛАГа постепенно исчезают из музеев.

Между тем правительство Владимира Путина использует суды для ограничения деятельности организаций, документировавших репрессии, одновременно продвигая нарратив о «Великой Отечественной войне», ее героях и роли Советского Союза как жертвы и победителя нацизма.

Музей, памятники, организации

В Томске площадь Памяти жертв политических репрессий была закрыта, а памятник, известный как «Камень скорби», был демонтирован около 19 апреля. Все мемориальные стелы в честь казненных людей эстонского, калмыцкого, литовского, латвийского и польского происхождения были убраны. Власти заявили, что организация, стоящая за созданием этого памятника, является «антироссийской» и стремится «разрушить исторические, культурные, духовные и нравственные ценности».

«Искажение истории и уничтожение мемориалов не сможет стереть прошлое. Этот акт явно демонстрирует пренебрежение правящей элиты России к человеческому достоинству и правде», — заявил министр иностранных дел Эстонии Маргус Цахкна.

«Это преднамеренная попытка стереть историю и заглушить память о миллионах жертв. Но память не может быть стерта».

Общество «Мемориал», которое на протяжении десятилетий документировало советские репрессии, в том числе казни, депортации и систему ГУЛАГа, было распущено российской судебной системой в 2021 году. Верховный суд, назначенный Советом Федерации по предложению Владимира Путина, за несколько дней до этого признал «Мемориал» «экстремистской» организацией.

Кроме того, российский депутат Андрей Луговой потребовал возбудить уголовное дело против знаменитого Мемориала «Петр Соловецкий», расположенного в самом центре Москвы, одного из главных российских мемориалов, посвященных жертвам Сталина, и места, где с 2007 года проводится церемония «чтения имен» в память об убитых. По его мнению, эти посещения, которые теперь запрещены, направлены на то, чтобы разделить россиян и подлить масла в огонь того, что он называет необоснованной критикой в адрес нынешней власти.

В то же время главный московский музей, посвященный ГУЛАГу — советской сети тюрем и трудовых лагерей, — в настоящее время преобразуется в пространство, посвященное преступлениям, совершенным нацистской Германией против советских граждан во время Второй мировой войны. Судьба 5000 экспонатов, которые были собраны в музее с момента его открытия в 2001 году, остается неопределенной.

В 2007 году Арсений Рогинский, директор «Мемориала», оценивал число жертв советских репрессий в более чем 12,5 миллиона человек. «Наша база данных содержит от 20 до 25 процентов этой цифры. Она является результатом работы сотен людей во многих регионах на протяжении почти двадцати лет», — заявлял он тогда.

Массовые казни и захоронения

В течение примерно 15–16 месяцев, с августа 1937 года по конец 1938 года, по меньшей мере 1,5 миллиона человек были арестованы или осуждены, а от 680 000 до 700 000 — казнены.

Среди жертв Большого террора были «бывшие кулаки», депортированные в «специальные колонии», бывшие царские чиновники, бывшие офицеры Белой армии, участники крестьянских восстаний, члены духовенства, лица, лишенные избирательного права, и бывшие члены небольшевистских партий.

«Православное духовенство, включая активных прихожан, было практически уничтожено: 85% из 35 000 членов духовенства были арестованы, осуждены или казнены», — заявляет Николас Верт из Sciences Po. Он добавляет, что в рамках одной из подопераций приказа № 00447 была распоряжена казнь 10 000 политических заключенных, уже отбывавших наказание в лагерях ГУЛАГа и считавшихся «наиболее яростными и непокорными антисоветскими элементами лагерей». Все они были казнены в период с марта по апрель 1938 года.

Казни проводились ночью как в тюрьмах, так и в отдаленных районах, контролируемых НКВД. «За последние пятнадцать лет были обнаружены десятки мест массовых казней и массовых захоронений («специальные стрельбища» в Бутово под Москвой, Левашово на окраине Ленинграда, Быкивня под Киевом, Сандоморх в Карелии, Винница на Украине и т. д.)», — поясняет Верт.

Система репрессий

В 1992 году обнаружение в советских архивах секретного оперативного приказа № 00447 Народного комиссариата внутренних дел, тайной полиции Советского Союза (НКВД), датированного 30 июля 1937 года, раскрыло скрытое лицо советского периода Большого террора, возглавляемого Сталиным.

До этой даты предпринимались попытки представить сталинские репрессии как массовую политическую чистку, направленную против политической, военной, экономической и интеллектуальной элиты — процесс, который Никита Хрущев кратко обрисовал в своем «Секретном докладе» на XX съезде Коммунистической партии Советского Союза 24 февраля 1956 года.

Сталин использовал «показательные процессы», в частности московские процессы 1936–1938 годов, в качестве инструмента пропаганды и контроля. Эти политически мотивированные инсценировки были направлены на то, чтобы обвинить мнимых заговорщиков и оправдать репрессии. «Еще одним публичным аспектом Большого террора было продвижение новой элиты — более молодой, образованной и послушной, воспитанной в строгом сталинском духе 1930-х годов», — подчеркивает Верт из Sciences Po.

Чистка элиты была видимой частью репрессий, использовавшейся в пропагандистских целях. За ней скрывались гораздо более масштабные репрессии, вписанные в давно устоявшуюся систему.

Скрытая сторона Большого террора заключается в «оперативных приказах НКВД» — строго секретных документах, которые не должны были распространяться или обсуждаться в Коммунистической партии, государстве или обществе и которые привели к казням.

Николай Ежов, глава НКВД, заявил в преамбуле приказа № 00447, что эти операции были призваны избавить страну «раз и навсегда от всей шайки антисоветских элементов, подрывающих основы советского государства».

Таким образом, волна казней, произошедшая в те месяцы, была частью системы преследований, действовавшей на протяжении многих лет. Университет Торонто в историческом документальном фильме подводит итог: за 16 месяцев режим арестовал и осудил 1,5 миллиона граждан. Около половины из них были казнены, а остальные отправлены в лагеря принудительного труда.

«Память нельзя уничтожить»

Дипломатические представители Эстонии, Латвии, Литвы и Польши в России опубликовали совместное заявление, в котором выразили резкий протест против закрытия мемориального комплекса в Томске.

«Мы считаем уничтожение памятника в Томске проявлением лицемерия российских властей. Наши народы страдали под гнетом двух тоталитарных режимов: нацистского и советского. Стирание памяти о жертвах сталинских репрессий никоим образом не способствует сохранению памяти о жертвах национал-социализма», — заявило правительство Эстонии в сообщении, опубликованном 23 апреля и в социальных сетях.

«Память нельзя уничтожить!», — добавило правительство Польши.

Пресс-секретарь МИД России Мария Захарова ответила на это в пятницу на пресс-конференции, подчеркнув, что три прибалтийских государства снесли сотни памятников в честь Красной армии, которая, по ее словам, освободила эти три страны от нацистской Германии во время Второй мировой войны ценой огромных жертв.

«Россия будет и дальше использовать все имеющиеся в ее распоряжении средства для противодействия варварским действиям стран Балтии, и мы будем и дальше добиваться адекватной реакции со стороны международных организаций», — заявила Захарова. Ее слова были расценены как попытка переписать историю коммунизма в мировом масштабе.

Эти страны утверждают, что вступление Советского Союза в войну не восстановило их независимость, а, напротив, положило начало новой оккупации, которая длилась до 1991 года.

Публицист Энн Эпплбаум, которая документировала историю ГУЛАГа, задается вопросом: почему, если продажа значков со свастикой и нацистских предметов считается отвратительной из-за связанных с ними преступлений, то серп и молот, эмблема коммунизма, по-прежнему разрешены? Эпплбаум подчеркивает, что быть объявленным «врагом народа» в Советском Союзе означало подвергаться обращению, практически лишающему человека человеческого облика, что было почти равносильно тому, чтобы быть евреем в нацистской Германии.

Автор: Анастасия Губин, журналистка и редактор. Три с половиной года изучала медицину в Чилийском университете, а также музыку в консерватории имени Розиты Ренар и фортепиано в школе по методике Судзуки. После участия в курсе писательского мастерства в Италии работала журналистом в издании The Epoch Times