Удары по Ирану разрушают новую ось зла, возглавляемую Китаем

После американо-израильских ударов по Ирану в минувшие выходные, в результате которых, по сообщениям, были ликвидированы почти все высшие руководители страны, внимание международного сообщества сосредоточилось не только на Тегеране, но и на его ближайших партнерах — Пекине и Москве.

Несмотря на стратегические связи с Ираном, Китай и Россия ограничились лишь дипломатическими заявлениями, не предложив военной или материальной поддержки.

Аналитик по Китаю Тан Цзиньюань считает, что для Пекина события вокруг Ирана имеют гораздо более широкое значение, чем просто региональный кризис.

Тан Цзиньюань: «Иран – это ключевой плацдарм Пекина на Ближнем Востоке и его главный рычаг давления на США. Смена режима в Иране, особенно на проамериканское правительство, нанесет серьезный удар по КПК, перечеркнув годы региональных инвестиций. Удары США и Израиля, угрожающие иранскому режиму, могут ознаменовать начало распада этой оси».

Энергетическое измерение

Китай остается основным покупателем нефти у Венесуэлы, России и Ирана. По официальным данным, около 80% экспорта иранской нефти направляется именно в КНР.

После перехода нефтяной отрасли Венесуэлы под контроль США и ударов по Ирану под угрозой оказалась энергетическая безопасность Пекина.

Тан Цзиньюань: «КПК не обеспечивает себя энергией самостоятельно и придерживается стратегии диверсификации во избежание зависимости от одного поставщика. Подход администрации Трампа направлен на систематическое ограничение каналов импорта энергии в Китай. Если эти пути сузятся в один или два источника, безопасность поставок Пекина значительно ослабнет. Без стабильного доступа к энергии возможности КПК для внешней экспансии существенно ограничатся».

Таким образом, удары по Ирану могут иметь долгосрочные последствия для экономической и геополитической стратегии Китая.

Рискнет ли Пекин?

Вопрос, который сейчас активно обсуждается среди экспертов: предоставит ли Китай военную поддержку Ирану?

По словам аналитика, позиция китайского лидера уязвима как внутри страны, так и на международной арене.

Тан Цзиньюань: «Си Цзиньпин сталкивается с внутренним и международным давлением, которое ослабило его позиции. Он пригласил Трампа посетить Китай, что указывает на то, что он надеется использовать этот визит для укрепления своего положения. Если бы он оказал военную помощь Ирану, это создало бы риск прямого разрыва с Трампом, что потенциально могло бы привести к отмене визита. В то же время КПК понимает, что нынешний удар США и Израиля по Ирану показывает жесткую решимость Трампа. Если Трамп действует, он, вероятнее всего, намерен добиться результата. Ограниченная военная поддержка Ирана со стороны Китая вряд ли изменит ситуацию и даже может ударить по самому Пекину».

Глобальные последствия

События вокруг Ирана могут стать переломным моментом для всего ближневосточного баланса сил. Если режим в Тегеране ослабнет или претерпит трансформацию, это будет означать серьезный удар по стратегической оси, которую Пекин выстраивал годами.

Для Китая это не только вопрос партнерства с Ираном, но и проверка его глобальных амбиций от энергетической безопасности до противостояния с США.

Пока что Пекин выбирает осторожность. Но развитие событий на Ближнем Востоке может вынудить китайское руководство сделать более сложный выбор.