• Комментарий 2. Происхождение Коммунистической партии Китая

  • Среда, 2 ноября 2005 года

Предыдущая часть: Комментарий 1. Что такое коммунистическая партия?

Согласно книге «Объяснение простых и анализ составных иероглифов», написанной Сюй Шенем (около 147 года н. э. — прим. пер.), традиционное китайское значение слова «партия» состоит из двух корней или основ, которые означают «всё ещё или даже» и «тёмный или чёрный», соответственно, имея общее значение «любит тёмное».

Иероглиф «партия», или «член партии», несёт уничижительное значение. Конфуций сказал: «Благородный человек сдержан и не борется; он общительный, но не присоединяется к партии». В «Беседах и суждениях» Конфуций интерпретирует партию следующим образом: «Люди, которые объединяются для сокрытия своих неприглядных действий и образуют партию». Маленькие политические группы в китайской истории назывались «пэндан». В традиционной культуре Китая партия — синоним «группы негодяев» и ассоциируется с людьми, вовлечёнными в сговор в эгоистичных целях.

Почему в современном Китае смогла возникнуть коммунистическая партия, и почему, в конечном счёте, она захватила власть? Коммунистическая партия Китая постоянно прививала китайскому народному сознанию, что история выбрала КПК, что народ выбрал КПК, и что «без КПК не будет никакого нового Китая».

Народ ли Китая выбрал коммунистическую партию, или коммунисты ради своих эгоистичных целей создали партию и навязали её китайскому народу? Ответ на этот вопрос можно найти в истории.

С конца последней династии Цин (1644—1911 гг.) до первых лет Китайской республики (1912—1949 гг.) Китай испытал сильные внешние удары и предпринял неоднократные попытки провести внутреннюю реформу. Китайское общество находилось в болезненном хаосе.

Многие представители интеллигенции и люди с высокими идеалами хотели спасти страну и её народ, но национальный кризис и хаос порождали в них беспокойство, которое привело их сначала к разочарованию, а затем к полному отчаянию. Как люди, которые обращаются к любому врачу в случае болезни, так и они искали выход из создавшегося положения за пределами Китая. Испробовав британский и французский методы оздоровления общества, они решили, что те не годятся, и обратились к российскому методу. Усиленно стремясь преуспеть, они не смущались «предписывать самое радикальное средство от болезни» в надежде, что Китай быстро обретёт силу.

Движение «Четвёртое мая» 1919 года явилось результатом этого отчаяния. Одни защищали анархизм, другие предложили свергнуть доктрины Конфуция, а третьи всё еще предлагали внедрение западной культуры.

Короче говоря, люди отклонили традиционную китайскую культуру и выступили против конфуцианской идеи среднего пути. В нетерпении, стремясь использовать кратчайший путь, эти революционеры поддерживали разрушение всего традиционного. С одной стороны, радикально настроенные, они не имели возможности служить своей стране, а с другой — они твёрдо верили в свои собственные идеалы. Они чувствовали, что мир безнадёжен, и полагали, что только они нашли ключ к будущему развитию Китая. Они обладали страстной готовностью к революции и насилию.

Различная общественная среда заставляла людей искать разные теории, принципы и пути. В конце концов, группа людей встретила представителей Коммунистической партии Советского Союза. Идея «использования насильственной революции с целью захвата политической власти», взятая из теории марксизма-ленинизма, нашла отклик в их беспокойных умах и совпала с их желанием спасти страну и её людей.

С этого момента они начали внедрять коммунизм, представляющий собой чуждую для Китая концепцию. Всего 13 представителей присутствовали на первом съезде КПК. Позже некоторые из них умерли, некоторые сбежали, некоторые работали на оккупационные силы Японии и стали предателями, а некоторые вышли из КПК, чтобы присоединиться к Гоминьдану (националистическая партия). К 1949 году, когда КПК пришла к власти, из числа первых 13 членов партии в ней оставались только Мао Цзэдун и Дун Биу. Неясно, знали ли основатели КПК в то время, что «божество», которое они позаимствовали у Советского Союза, оказалось в действительности злым духом, и желаемое средство, которое они искали для укрепления нации, оказалось смертельным ядом.

Всероссийская Коммунистическая партия большевиков (позже известная как КПСС), только что победившая в революции, была полна амбиций по отношению к Китаю. В 1920 году Советская Россия образовала в Сибири Дальневосточный комитет — ветвь Третьего Коммунистического Интернационала, или Коминтерна. Он отвечал за работу по учреждению коммунистической партии в Китае и в других странах. Вскоре после его образования комиссар Комитета представителей Григорий Войтинский прибыл в Пекин и вошёл в контакт с коммунистическим лидером Ли Дачжао. Ли организовал в Шанхае встречу Войтинского с другим коммунистическим лидером Чэном Дусю, и с этого момента началась подготовка к учреждению компартии Китая.

В июне 1921 года Чжан Тайпэй приехал в Иркутск, после чего представил предложение Дальневосточному комитету об утверждении КПК как ветви Коминтерна. 23 июля 1921 года с помощью Дальневосточного комитета была официально сформирована КПК.

Затем коммунистическое движение было представлено Китаю как эксперимент, и с тех пор КПК поставила себя над всем, подчиняя всех на своём пути, таким образом, принося нескончаемое страшное бедствие Китаю.

I. В процессе своего становления КПК вобрала в себя всё китайское и иноземное зло

Это нелёгкое дело — внедрить в Китае, стране с пятитысячелетней цивилизацией, иностранный злобный призрак, полностью несовместимый с китайскими традициями, такой как коммунистическая партия. КПК, используя «коммунистическую утопию», обманула народ и патриотически настроенную интеллигенцию, которая, желая служить своей стране, находилась в безвыходном положении; кроме того, она ещё раз исказила коммунистическую теорию, уже искажённую Лениным.

Руководствуясь этой теорией, КПК уничтожала все традиции и ценности китайского народа, которые препятствовали её власти. Она уничтожала все общественные слои и отдельных людей, которые мешали укреплению её власти. КПК использовала понятие «промышленной революции», которая привела к разрушению веры, а коммунистический атеизм, привнесённый КПК, привел к окончательному её уничтожению. КПК принесла китайскому народу теорию «отрицания частной собственности» и ещё ленинское понятие «насильственной революции». Одновременно она переняла и развила самые пагубные элементы власти, унаследованные от китайской монархии.

На протяжении всей истории КПК, от её учреждения до завоевания и удержания политической власти, она постепенно становилась всё более и более злобной. В ходе своего развития КПК использовала девять унаследованных черт, присущих коммунистическому призраку, придав им «китайский характер», а именно: зло, обман, провокация, борьба, грабёж, бандитизм, шпионаж, уничтожение и контроль. Реагируя на непрерывные кризисы, КПК далее объединила и усилила методы и степень их злобности, доведя эти факторы до предела.

Девять унаследованных черт, присущих коммунистическому призраку

Первая унаследованная черта — зло в виде деспотичной формы марксизма-ленинизма

Марксизм вначале привлёк китайских коммунистов своей декларацией «использования социальной революции, чтобы разрушить старый государственный аппарат и установить диктатуру пролетариата». Именно это и является корнем зла марксизма-ленинизма.

Марксистский материализм базируется на узких экономических понятиях производительных сил, производственных отношений и прибавочной стоимости. Основываясь на ходе развития ранних стадий капитализма, К. Маркс сделал недальновидное предсказание о гибели капитализма и победе пролетариата, что оказалось ложным. Марксистско-ленинская насильственная революция и диктатура пролетариата утверждают гегемонию пролетариата и жёсткую политику власти. «Манифест коммунистической партии» связал историческую и философскую основы компартии с классовыми противоречиями и классовой борьбой. Пролетариат ради захвата власти стремится уйти от традиционной морали и социальных отношений.

Доктрина коммунизма была установлена вопреки всем традициям. Человеческая природа всегда отторгает насилие, которое делает людей безжалостными и деспотичными. Таким образом, всюду и во все времена человечество отклоняло теорию коммунистической партии о насилии, теорию, которая не имеет никакой предшествующей истории ни в одной из прежних систем мысли, философии и традиции. Коммунистическая система террора свалилась на Землю, точно ниоткуда.

Идеология КПК построена на той предпосылке, что люди могут завоёвывать природу и преобразовывать мир. Коммунистическая партия привлекла многих людей своими идеалами «освобождения всего человечества» и «мирового единства». КПК ввела в заблуждение многих людей, особенно тех, кого волновало существующее состояние человеческого общества и кто стремился оказать влияние на общество. С того времени эти люди забыли, что существует Небо. Вдохновлённые красивыми и в то же время ложными представлениями о «построении рая на земле», они презрели традиции и смотрели свысока как на жизнь других, так и на свою собственную.

Коммунистическая партия выдала фантазию «коммунистического рая» за правду, вдохновляя народ на борьбу ради него: «Весь мир насилья мы разрушим до основанья, а затем, — мы наш, мы новый мир построим…»1 Используя такую абсолютно невероятную идею, КПК разъединила людей и Небо, оборвала связь китайцев с их предками и национальными традициями. Требуя от людей отдать свои жизни ради коммунизма, КПК усилила свою способность совершать убийства.

Вторая унаследованная черта — обман: чтобы предстать «богом», нужно лгать

Зло должно лгать. С целью использования рабочего класса КПК присвоила ему следующий статус — «самый передовой класс», «самоотверженный класс», «ведущий класс» и «пионеры пролетарской революции». Когда коммунистическая партия нуждалась в крестьянах, она пообещала «землю крестьянам». Мао приветствовал крестьян, говоря: «Без бедного крестьянства не было бы никакой революции; отрицать их роль, означает отрицать революцию»2.

Когда коммунистическая партия нуждалась в помощи класса капиталистов, она назвала его представителей «попутчиками пролетарской революции» и пообещала им «демократическое республиканское правление». Когда коммунистическая партия была почти полностью уничтожена Гоминьданом, она громогласно провозглашала: «Китайцы, не сражайтесь с китайцами» и обещала признать своё подчинение Гоминьдану. Как только закончилась война против Японии (1937—1945), КПК направила все свои силы против Гоминьдана и свергла это правительство. Аналогично этому КПК вскоре после взятия под свой контроль Китая устранила класс капиталистов и, в конце концов, превратила крестьян и рабочих в «бедный пролетариат».

Понятие «объединённого фронта» — типичный пример лжи, которую распространяет КПК. Чтобы выиграть гражданскую войну против Гоминьдана, КПК, отступая от своей обычной тактики, приняла «политику временного объединения» со своими классовыми врагами, включая помещиков и богатых крестьян. 20 июля 1947 года Мао Цзэдун объявил, что «за исключением нескольких реакционных элементов, мы должны мягче относиться к классу имущих…, с целью сократить враждебные элементы». После того как КПК получила власть, помещики и богатые крестьяне всё-таки не избежали геноцида.

Говорить одно, а делать другое является нормальным для коммунистической партии. Когда КПК должна была использовать демократические партии, то провозгласила, что все стороны «борются за долгосрочное сосуществование, осуществляют взаимный надзор, искренни друг с другом и разделяют честь и позор». Любой, кто не соглашался с компартией или отказывался соответствовать её концепциям, словам, делам или организациям, был устранён. К. Маркс, В. Ленин и лидеры КПК говорили, что коммунистическая партия не должна разделять политическую власть ни с какими другими людьми или группами.

Сначала коммунизм однозначно нёс в себе генотип диктаторства. Это является признаком деспотизма. КПК никогда искренне не сосуществовала с какими-либо другими политическими партиями или группами. И даже в течение так называемого смягчённого периода такое сосуществование являлось самым большим спектаклем.

История учит нас не верить ни в какие обещания КПК так же, как и не верить в то, что какое-либо из обязательств КПК будет выполнено. Вера в слова коммунистической партии могла легко стоить жизни.

__________________________

1 — Слова из «Интернационала» — гимнов коммунистов

2 — Из статьи Мао “Отчёт о расследовании крестьянского движения в Хунане” (1927).

__________________________

Третья унаследованная черта — провокации: возбуждение ненависти и призыв к массовой борьбе

Обман служит возбуждению ненависти. Борьба опирается на ненависть. Где ненависть не существует, она может быть создана.

Укоренившаяся патриархальная клановая система китайской деревни служила серьёзным препятствием к утверждению политической власти КПК. Сельское общество было изначально гармоничным, и отношения между землевладельцами и арендаторами не были полностью враждебными. Землевладельцы предлагали крестьянам средство существования, а взамен крестьяне поддерживали землевладельцев.

Эти, своего рода взаимозависимые отношения, были представлены КПК как классовая эксплуатация и превращены ею в чрезвычайный классовый антагонизм. Гармония была превращена во враждебность, ненависть и борьбу. Разумное было превращено в неблагоразумное, порядок — в хаос, а республиканская система — в деспотизм.

Коммунистическая партия поощряла экспроприацию частной собственности, убийство ради денег и уничтожение землевладельцев, богатых крестьян и их семей. Многие крестьяне не желали брать собственность других. Некоторые возвращали ночью имущество, которое забрали у владельцев днём, и тогда они подвергались критике рабочих команд КПК по земельной реформе как имеющие «низкое классовое сознание».

В целях возбуждения классовой ненависти КПК низвела китайский театр до инструмента пропаганды. Известна театральная постановка о классовом притеснении по легенде «Седая девушка»3, повествующей на самом деле о женском бессмертии и не имевшей никакого отношения к классовым конфликтам. Но под пером военных авторов легенда была преобразована в современные драму, оперу и балет с целью разжигания классовой ненависти. Когда Япония вторглась в Китай, КПК не только сама не сопротивлялась, но и обвиняла правительство Гоминьдана в предательстве. Даже в период такого всенародного бедствия, как нашествие врага, она подстрекала народ против правительства.

Стравливание различных групп населения друг с другом является классическим приёмом КПК. КПК создала формулу «95:5», согласно которой 95% населения были отнесены к различным классам, которых можно было склонить на свою сторону, в то время как оставшиеся 5% определялись как классовые враги. Люди в пределах 95% были в безопасности, а против тех 5% велась борьба. Из страха и желания защитить себя люди стремились быть включёнными в эти 95%. Это привело во многих случаях к тому, что люди вредили друг другу. КПК, используя подстрекательство во многих своих политических кампаниях, довела эту тактику до совершенства.

Четвёртая унаследованная черта — бандитизм: бандиты и хулиганы формируют ряды КПК

Бандитизм — это основа зла, и зло непременно использует его. Коммунистические революции зачастую являлись восстаниями бандитов. Например, Парижская коммуна — это фактически убийства, поджоги и насилие, осуществляемые представителями отбросов общества. Даже К. Маркс смотрел свысока на «деклассированный пролетариат»4, когда в «Манифесте коммунистической партии» писал: «Люмпен-пролетариат, этот пассивный продукт гниения самых низших слоёв старого общества, местами вовлекается пролетарской революцией в движение, но в силу всего своего жизненного положения он гораздо более склонен продавать себя для реакционных козней» (с. 44, изд. 1953 г.). Крестьяне же рассматривались К. Марксом и Ф. Энгельсом недостойными любого социального класса в силу их, так называемой, раздробленности и невежества.

КПК продолжила развитие тёмной стороны теории К. Маркса. Мао Цзэдун сказал: «Социальная «пена» и бандиты всегда отвергались обществом, но они являются фактически самыми храбрыми, самыми надёжными и самыми устойчивыми в революции в сельских районах»5. Люмпен-пролетариат усиливал насильственную природу КПК и заложил основу политической власти КПК в сельских районах. Слово «революция» рассматривалось партией как слово с положительным значением, хотя по-китайски буквально означает «отбирать жизни» и звучит ужасающе и трагично для всех нравственных людей.

Осознав, что «люмпен» носит негативный оттенок, КПК в дебатах в отношении термина «люмпен-пролетариат» во время культурной революции заменила его просто на слово «пролетариат». Другое проявление низов общества — наглость. Подвергаясь критике за диктаторство, партийные функционеры смеют бесстыдно заявлять что-то вроде: «Уважаемый господин, вы правы, мы именно такие. Китайский опыт, накопленный в течение прошлых десятилетий, требует, чтобы мы осуществляли эту власть демократической диктатуры. Мы называем это «демократической диктатурой народа».

Пятая унаследованная черта — шпионаж: проникновение в тыл противника, подрывная деятельность, разобщение, подлог

В дополнение к обману, понуждению к насилию и использованию отбросов общества применялись также шпионаж и подрывная деятельность. КПК — специалист по проникновению в тыл противника. Десятилетия назад три лучших тайных агента КПК: Цянь Чжуанфей, Ли Кенун и Ху Бэйфен фактически работали на Чена Гена, начальника отдела тайных агентов №2 Центрального Комитета КПК.

Когда Цянь Чжуанфей был личным секретарём и доверенным лицом Су Энцзена, начальника Главного управления расследований Гоминьдана, он воспользовался фирменным бланком Организационного отдела Гоминьдана, чтобы написать два письма, содержащие секретную информацию о первом и втором стратегических планах Гоминьдана, и доставил эти письма лично Чжоу Эньлаю6 через Ли Кенуна. В апреле 1930 года в северо-восточной области Китая была создана специальная организация двойных агентов разведки, основанная Центральным разведывательным отделением Гоминьдана. Формально она принадлежала Гоминьдану и была под управлением Цяня Чжуанфея, но фактически контролировалась КПК и управлялась Чен Геном.

Ли Kенун присоединился к штабу Вооружённых сил Гоминьдана как шифровальщик. Ли расшифровывал срочные сообщения, имеющие отношение к аресту и восстанию директора отдела безопасности КПК Гу Шунчжана7. Цянь Чжуанфей немедленно послал дешифрованное со-общение Чжоу Эньлаю, предотвратив таким образом аресты целой сети агентов.

Ян Денин был прокоммунистическим специальным представителем Главного управления расследований Гоминьдана, расположенного в Шанхае.

КПК позволяла ему арестовывать и казнить тех, кого КПК считала ненадёжными. Высокопоставленный чиновник из провинции Хэнань однажды оскорбил партийного работника, и его собственные люди использовали тайные пружины, чтобы заключить чиновника в гоминдановскую тюрьму на несколько лет.

В ходе освободительной войны8 КПК сумела внедрить секретного агента, которому Чан Kaйши (также известный как Цзян Цзеши)9 глубоко доверял. Лю Пэй, генерал-лейтенант и заместитель министра обороны, отвечал за оперативное управление армией Гоминьдана. Лю был фактически тайным агентом КПК. Прежде чем армия Гоминьдана узнавала о своём следующем маневре, информация о запланированном месте развёртывания армии уже достигала места Яньаня, где находился начальник штаба КПК.

Коммунистическая партия придумывала соответствующий план защиты. Сюн Сянхуэй, секретарь и доверенное лицо Ху Цзуннаня10, раскрыл Чжоу Эньлаю составленный Ху план о вторжении в Яньань. Когда Ху Цзуннань и его силы достигли Яньаня, там было пусто. Чжоу Эньлай однажды сказал: «Председатель Мао знал о военных приказах, отдаваемых Чан Кайши, до того, как они попадали в командование его армии».

Шестая унаследованная черта — грабёж: ограбление и ложь становятся «новым порядком»

Всё, что принадлежит КПК, получено путём грабежа. Когда КПК создавала Красную Армию, чтобы с помощью военной силы установить свои порядки, она нуждалась в деньгах для закупки оружия и амуниции, пищи и одежды.

КПК предприняла «сбор средств», главным образом, в форме подавления местных «мироедов» и ограбления банков, ведя себя подобно бандитам. Скоро эти миссии «сбора средств» стали одной из главных задач Красной Армии.

Например, во время акции, возглавляемой Ли Сяньнянем11 , одним из лидеров КПК, Красная Армия тайно похищала членов самых богатых семей в западном районе провинции Хубэй. Они похищали не одного человека, а по одному из клана каждой богатой семьи. Похищенных оставляли в живых, чтобы длительное время вымогать деньги у их родственников, обещая их освобождение.

Только после того, как Красная Армия была удовлетворена или из семей похищенных были полностью выкачаны все средства, заложники могли быть отправлены домой. Многие из них были на грани смерти. Некоторых терроризировали настолько ужасно, что они погибали прежде, чем смогли вернуться.

В результате «расправы с местными мироедами и конфискации их земли» КПК распространила ложь и насилие на всё общество, подменяя традиции «новым порядком». Коммунистическая партия совершила различного рода большие и маленькие неблаговидные дела, в то же время не сделав абсолютно ничего хорошего. Она предлагала каждому скромное вознаграждение, подстрекая одних людей доносить на других. В результате, милосердие и добродетель исчезают полностью, заменяясь борьбой и убийством. Смысл понятия «коммунистическая утопия» фактически сводится к смыслу понятий «насилие» и «грабёж».

Седьмая унаследованная черта — борьба: разрушение традиционных ценностей и государственного устройства

Обман, подстрекательство, развязывание рук отбросам общества и шпионаж — все это делалось ради грабежа и борьбы. Коммунистическая философия основана на борьбе, и коммунистическая революция была, своего рода, неорганизованным побоищем, разрушением и ограблением. Партия заявила: «Главной целью нападения крестьян являются местное дворянство и незаконные помещики, но попутно они также выступили против всех видов патриархальных идей и систем, коррумпированных чиновников в городах, против дурных привычек и нравов в сельских районах». Мао дал ясное указание разрушить всю традиционную систему и обычаи сельской жизни.

Коммунистическая борьба включает в себя также вооружённые силы и вооружённую борьбу. «Революция — не званый обед и не написание эссе, не создание картины или вышивание; она не может быть такой утончённой, такой неторопливой и нежной, такой мягкой, доброй, учтивой, сдержанной и великодушной. Революция — это восстание, акт насилия, которым один класс свергает другой». Борьба неизбежна при попытке захватить государственную власть силой. Несколько десятилетий спустя КПК использовала то же самое свойство борьбы, чтобы в ходе Великой культурной революции «обучить» следующее поколение.

Восьмая унаследованная черта — уничтожение: создание идеологической системы геноцида

Многое совершено коммунизмом с абсолютной жестокостью. КПК обещала интеллигенции «рай на земле». Позже она навесила на нее ярлык «реакционеры» и поместила интеллигентов в позорную девятую категорию12 преследуемых людей наряду с помещиками и шпионами. Она лишила капиталистов их собственности, истребила богатый класс землевладельцев, разрушила иерархию и порядок в сельской местности, забрала полномочия у местной власти. Компартия похищала богатых людей и вымогала у них взятки, «промывала мозги» военнопленным, «преобразовывала» промышленников и капиталистов, пропустила через фильтр партию Гоминьдан и раздробила её; она отделилась от Коммунистического Интернационала и предала его, уничтожила всех диссидентов в ходе успешного политического движения после прихода к власти в 1949 году и угрожала своим собственным членам партии.

Все вышеупомянутые явления были основаны на теории КПК о геноциде. Каждое её политическое движение в прошлом было кампанией ужаса с признаками геноцида. КПК уже на ранней стадии становления начала строить свою теорию геноцида как составную часть своей теории о классах, революции, борьбе, насилии, диктатуре, политических движениях и политических партиях. В этом заключён весь её опыт, накопленный путём применения различных методов геноцида.

Существенным проявлением геноцида КПК является истребление совести и независимой мысли. Очевидно, что «господство террора» служит фундаментальным интересам КПК, которая уничтожит вас не только, когда вы против неё, но может также уничтожить вас, даже если вы за неё. Она устранит любого, кого считает нужным устранить. Таким образом, каждый живёт под гнётом террора и боится КПК.

Девятая унаследованная черта — контроль: партийные принципы нацелены на управление всей партией и далее — всем обществом

Все унаследованные партией черты используются ею для достижения единственной цели — управлять народными массами с помощью террора. Своими злостными действиями КПК доказала, что она является естественным врагом всех существующих общественных сил.

С самого начала компартия пробивалась через кризисы, следующие один за другим, среди которых кризис выживания был самым критическим. КПК существует в состоянии бесконечного страха за своё выживание. Её главная цель — личная выгода, собственное существование и власть. Чтобы поддерживать свою ослабевающую власть, она вынуждена постоянно совершенствовать свои поверхностные элементы. Польза для партии не является пользой для отдельного члена партии или всех членов партии, скорее, это выгода для партии как коллективного юридического лица в целом. Коллективность КПК отвергает любое проявление индивидуальности.

«Партийная культура» — самая порочная особенность этого злого духа. «Партийная культура» сокрушает человеческую природу настолько, что китайские люди больше не могут свободно говорить или действовать. Например, Чжоу Эньлай и Сунь Бинвэнь были товарищами. После того как Сунь Бинвэнь умер, Чжоу Эньлай удочерил его дочь Сунь Вэйши. Во время культурной революции Сунь Вэйши было предъявлено обвинение, и позже она умерла в заключении после того, как ей в голову вбили длинный гвоздь. Ордер на арест был подписан её приёмным отцом, Чжоу Эньлаем.

Одним из первых лидеров КПК был Жень Биши. Он отвечал за продажу опиума во время войны с Японией. Опиум был тогда символом иностранного вторжения, поскольку англичане импортировали его в Китай, чтобы ослабить китайскую экономику и превратить китайцев в наркоманов. Несмотря на сильное сопротивление со стороны народа распространению опиума, Жень посмел выращивать опиум в больших количествах, основываясь на партийной культуре, рискуя вызвать всенародное осуждение. Вследствие незаконности опиумных торговых связей КПК использовала слово «мыло» как кодовое название опиума. Доход от незаконной торговли наркотиками с соседними странами был финансовой поддержкой существования партии.

В день столетнего юбилея Женя один из лидеров нового поколения высоко оценил партийные принципы Женя, утверждая, что «Жень был незаурядным и образцовым членом партии. Он также имел стойкую веру в коммунизм и неограниченную лояльность к партии».

Другим примером жертвы партийных принципов был Чжан Сыдэ. Партия сказала, что он был убит внезапно рухнувшей печью, но другие утверждали, что он умер при высушивании опиума. Так как он был тихим человеком, служил в Центральном отделении охраны и никогда не просил повышения, то о нём говорили: «Его смерть гораздо тяжелее, чем Тайшань» (знаменитая гора в Китае — прим. пер.)13, подразумевая, что он был очень важным человеком.

Ещё одним примером стойкого приверженца компартии был Лэй Фэн14, известный также как «нержавеющий винтик революционной машины». Длительное время оба — и Лэй, и Чжан — использовались в качестве примера для подражания в обучении народа лояльности по отношению к партии. Многие партийные герои использовались в качестве примера «железной воли и партийного духа».

После получения власти КПК начала агрессивную кампанию по управлению сознанием, чтобы сформировать из последующих поколений много новых «инструментов» и «винтиков», а также набор «надлежащих мыслей» и стереотипного поведения. Эти правила поведения первоначально использовались внутри партии, но их быстро распространили на весь народ. Используемые от имени нации, эти мысли и действия способствовали «промывке мозгов» людям в соответствии со злостной культурой КПК.

___________________________

3 — Китайская легенда «Седая девушка» — история о бессмертной женщине, живущей в пещере, у которой были сверхъестественные способности награждать за достоинства и наказывать за недостатки, поддерживать праведность и наказывать зло. Однако в «современной драматургии» рассказывается, что она вынуждена была прятаться в пещере после того, как её отец был избит до смерти за отказ выдать её замуж за старого землевладельца. Она поседела от голода и страданий. Тема стала одной из самых популярных в Китае, вызывая классовую ненависть к землевладельцам.

4 — Люмпен-пролетариат (от нем. Lumpen — лохмотья) — деклассированная часть общества,жители трущоб. Эта группа включает нищих, проституток, гангстеров, жуликов, мелких преступников, бродяг, выброшенных промышленностью больших городов. Термин был введен Марксом в работе «Классовая борьба во Франции с 1848 по 1850 годы».

5 — Из статьи Мао “Отчёт о расследовании крестьянского движения в Хунане” (1927).

6 — Чжоу Эньлай (1898—1976) — второй после Мао человек в КПК. Был главой Китайской Народной республики с 1949 года и до самой смерти.

7 — Гу Шуньчжан один из руководителей специальной системы агентов КПК. В 1931 он был арестован Гоминьданом и под принуждением выдал много секретов КПК. Все 8 членов семьи Гу были убиты. См. «История убийств КПК» (CCP’s History of Assassinations) для более детальной информации (на англ.) (http://english.epochtimes.com/news/4—7-14/22421. html).

8 — Война между КПК и Гоминьданом в июне 1946 г. Война известна тремя успешными операциями: Ляоси, Хуай-Хай и Пекин-Тяньцзинь, после которых КПК захватила всю власть в Китае, что привело к созданию 1 октября 1949 г. КНР.

9 — Чан Кайши был главой режима Гоминьдан с 1927 г.; в 1949 г. был изгнан и стал правителем Тайваня.

10 — Ху Цзуннань (1896—1962) был удачливым представителем командующего, действующим командующим Юго-западного Военного округа и начальником Административного Штаба Гоминьдана.

11 — Ли Сяньнянь (1909—1992), один из старейших лидеров КПК. Он был руководителем Китая в 1983 г. Он играл важную роль в оказании помощи Дэну Сяопину по его возвращению к власти в октябре 1976 г., в конце культурной революции.

12 — Когда КПК начала проводить реформу, она разделила людей на категории. Среди классов, названных врагами, интеллигенция значилась под №9 после частных владельцев, реакционеров, шпионов и т. д.

13 — В поэме Сима Цяня (ок. 145—135 гг. — 87 г. до н.э.) историка и учёного Западной династии Хань говорится: «Каждый должен умереть; каждый умирает либо более тяжёлым, чем гора Тайшань, либо легче пера».

14 — Лэй Фэн, китайский солдат, прославившийся беззаветной верностью Мао Цзэдуну. Его придавило насмерть телеграфным столбом, когда он охранял склад. У него была возможность отпрыгнуть в сторону, но он погиб, следуя инструкции — не сходить с места. Мао Цзэдун выдвинул лозунг: “Учиться у товарища Лэй Фэна”, до смерти Мао он был в числе самых почитаемых китайцами.

___________________________

ІІ. Низменная основа КПК

КПК претендует на блестящую историю, ведущую от победы к победе. Это просто попытка приукрасить себя и прославиться в глазах народа. Фактически история «достижений» КПК не имеет ничего славного. Только используя девять унаследованных злых черт, она могла устанавливать и поддерживать свою власть.

Учреждение КПК, взращённой на груди Советского Союза

«С первым выстрелом «Авроры» во время Октябрьской революции к нам пришел марксизм-ленинизм». Именно на такие свои истоки указывала КПК людям. Фактически с самого начала КПК уже являлась продажной, так как с самого своего основания она была только азиатской ветвью КПСС. В период основания КПК не имела никаких денег, никакой идеологии и никакого опыта. Она не имела никакой надёжной опоры. КПК присоединилась к Коминтерну, чтобы связать свою судьбу с насильственной революцией, которая была только продолжением революции Ленина и Маркса.

Компартия являлась лишь восточной ветвью Коминтерна, выполняющего функцию глобального управления, чтобы свергнуть политическую власть во всём мире. КПК опиралась на зрелый опыт Советского Союза в насильственном захвате власти и диктатуре пролетариата. Она следовала инструкциям Советов в плане политического, организационного курса и идеологии. КПК копировала у зарубежных незаконных организаций секретные методы подпольного существования. Она переняла опыт Советского Союза по строгому надзору и контролю над людьми. КПСС являлась надёжной опорой и поддержкой для КПК.

Устав КПК, принятый на Первом Съезде КПК, был сформулирован Коминтерном и основан на марксизме-ленинизме, классовой борьбе и диктатуре пролетариата. Советская партийная конституция обеспечила её фундамент. Душа КПК состоит из идеологии, заимствованной у КПСС.

Когда Чень Дусю, один из передовых представителей КПК, высказал мнение, отличное от мнения представителя Коминтерна Марина, последний написал Ченю записку, напоминая, что если тот является настоящим коммунистом, то должен следовать приказам Коминтерна. И даже несмотря на то, что Чень Дусю был первым из отцов-основателей КПК, он мог только слушаться и повиноваться приказам. Действительно, он и его партия были просто подчиненными компартии Советского Союза.

На Третьем Съезде КПК 1923 года Чень Дусю публично признался, что партия практически полностью финансировалась Коминтерном. Через год Коминтерн внёс более 200 тысяч юаней в кассу КПК, но результаты были неудовлетворительными, и Коминтерн обвинял её в том, что она недостаточно прилежна в своих усилиях.

Согласно неполной статистике из рассекреченных партийных документов, КПК с октября 1921 года по июнь 1922 года получила от Коминтерна 16 655 китайских юаней. В 1924 году она получила $1 500 и 31 927 юаней, а в 1927 году — 187 674 юаня. Ежемесячный вклад Коминтерна составлял в среднем около 20 тысяч юаней. Тактика, которую обычно использует КПК сегодня, схожа с лоббированием, входом через заднюю дверь, дачей взяток и использованием угроз; она применялась уже и в прошлом. Коминтерн обвинял КПК в непрерывной лоббистской деятельности в борьбе за капитал.

«Они имеют различные организации (Международное информационное бюро, представители Коминтерна, военные организации и т.д.), чтобы выплачивать деньги каждый раз... забавно, что это не занимает много времени у наших представителей, чтобы понять психологию советских товарищей. Наиболее важно, что они знают, в какой ситуации и какой товарищ, наиболее вероятно, одобрит финансирование. Если предвидят, что они не смогут получить деньги, то задерживают встречи. В конце концов, они используют такие методы, как распространение слухов, что главные чиновники имеют конфликт с Советами и что деньги даются военачальникам вместо КПК»15.

Первый союз «КПК — Гоминьдан». Внутреннее вредительство и саботаж в ходе «Северной экспедиции» 16

КПК всегда учила китайский народ, что Чан Кайши предал Народное революционное движение17, вынудив партию поднять вооружённое восстание.

В действительности же, именно КПК вела себя как вредитель. В своём первом союзе с Гоминьданом она сотрудничала с ним лишь для того, чтобы воспользоваться Народной революцией в своих интересах и расширить зоны своего влияния. Более того, КПК так сильно стремилась ускорить начало поддерживаемой Советами революции и захватить власть, что её жажда власти фактически разрушила и предала Народное революционное движение.

Уже на Втором всекитайском съезде представителей КПК в июле 1922 года большинство участников съезда выступили против союза с Гоминьданом, потому что члены партии стали стремиться захватить власть в свои руки. Однако Коминтерн наложил вето на принятую съездом резолюцию и приказал КПК присоединиться к Гоминьдану.

Во время первого союза с Гоминьданом КПК провела в январе 1925 года свой Четвёртый съезд в Шанхае и ещё до того, как 12 марта 1925 года умер Сунь Ятсен18, подняла вопрос о руководстве Китаем. Если бы Сунь Ятсен не умер в то время, то он, а не Чан Кайши, был бы мишенью КПК в её стремлении захватить власть.

При поддержке Советского Союза и в результате подрывных действий изнутри Гоминьдана во время союза с ним, КПК легко захватила политическую власть. Происходило это таким образом. Тан Пиншань (1886 -1956), один из первых руководителей КПК в Гуандунском районе, стал министром Центрального отдела кадров Гоминьдана, Фен Цзюйпо (1899 -1954) — также старейший руководитель КПК в Гуандуне — занял должность секретаря Министерства труда с неограниченными властными полномочиями по всем делам, связанным с рабочей силой. Линь Цзухань (1886—1960), один из самых первых членов КПК также известный как Линь Иоцзу, стал министром сельского хозяйства, в то время как Пэн Пай (1896—1929), один из руководителей КПК, стал секретарём этого же министерства.

Мао Цзэдун занял должность исполняющего обязанности министра пропаганды Гоминьдана. Военные школы и командование вооружённых сил были всегда в центре внимания КПК: Чжоу Эньлай занимал должность директора Политического отдела Военной академии Хуанпу (Вхампоа), а Чжан Шеньфу (1893—1986), также известный как Чжан Сунниань один из основателей КПК, который рекомендовал Чжоу Эньлай вступить в ряды партии, был заместителем ректора этой академии. Чжоу Эньлай был также главой Секции военных прокуроров, и именно он «запускал» военных советников России в разные учреждения страны. Многие коммунисты занимали должности политруков и профессорско-преподавательского состава в военных школах Гоминьдана.

Члены КПК также являлись партийными представителями Гоминьдана на различных уровнях Народной революционной армии19. Было также предусмотрено, что без подписи партийного представителя КПК ни один армейский приказ не мог считаться действительным. В результате такого вредоносного присоединения к Народному революционному движению, число членов КПК в этом движении резко увеличилось с тысячи человек в 1925 году до 30 тысяч в 1928 году.

В феврале 1926 года началась «Северная экспедиция». С октября 1926 года по март 1927 года КПК организовала три вооружённых восстания в Шанхае. Позже она напала на штаб вооружённых сил «Северной экспедиции», но тогда потерпела поражение. В период всеобщих забастовок в провинции Гуандун рабочие пикеты каждый день вступали в яростные стычки с полицией. Эти восстания послужили Гоминьдану поводом для проведения «чистки» КПК 12 апреля 1927 года.

В августе 1927 года члены КПК, служившие в рядах революционной армии гоминьдана, организовали «Восстание Наньчан», которое было быстро подавлено. В сентябре с целью нападения на Чанша, КПК организовала ещё одно восстание — «Период осеннего урожая», но и оно было подавлено. Тогда КПК, посредством учреждения армейских партийных отделов на уровне роты, приступила к осуществлению системы контроля в армии («Партийные отделы в армии установлены на уровне роты»). КПК отступила в горный район Цзинганьшань20. По ходу своего продвижения компартия устанавливала свою власть в этой сельской местности.

Крестьянские восстания в Хунане. Подстрекательство отбросов общества на восстание

Во время «Северной экспедиции», когда армия была в состоянии конфликта со своими военачальниками, КПК, пытаясь захватить власть в свои руки, начала провоцировать крестьян на восстания.

Крестьянское восстание в Хунане в 1927 году было восстанием таких же подонков и отбросов общества, как и в известной Парижской Коммуне 1871 года — первом коммунистическом восстании. В то время в Париже, как свидетельствуют и французы, и иностранцы, Парижская Коммуна была группой всё сокрушающих, лишённых каких-либо идеалов бродяг. Поселившись в красивых зданиях и больших особняках, поедая необычную для них вкусную пищу, они заботились только о наслаждении сиюминутным счастьем и не задумывались о будущем. Во время восстания французские коммунары наложили цензуру на прессу.

Они взяли в заложники и позже расстреляли архиепископа Парижа и исповедника короля Жоржа Дарбуа. Просто ради своего личного удовольствия они безжалостно убили 64 священнослужителя, поджигали дворцы, разрушали правительственные учреждения, частные дома и исторические памятники. Богатство и красота французской столицы не имели себе равных в Европе. Однако во время восстания Парижской коммуны здания были сожжены дотла, а людей убивали. Такие злодеяния и жестокость редко встречались в истории.

Говоря о крестьянских комитетах, Мао Цзэдун признавал: «Это верно, что крестьяне в некотором смысле неуправляемы. Завладев высшими полномочиями, крестьянские комитеты лишают землевладельцев права голоса и власти. Их втаптывают в грязь и не дают им оттуда выбраться. Крестьяне угрожают: «Мы поместим вас в чёрный список! (список реакционеров)». Они накладывают на местных «мироедов» и помещиков штрафы, требуют от них пожертвований и вдребезги разбивают их паланкины.

Люди толпятся у домов местных богатеев и помещиков, противящихся созданию крестьянских комитетов, вырезают их свиней и отбирают их зерно. Они даже позволяют себе разваливаться на инкрустированных слоновой костью кроватях, принадлежащих молодым девушкам этих семей. При малейшей провокации они арестовывают, «коронуют» арестованных высокими бумажными колпаками и выставляют их напоказ всей деревне, говоря: «Вы, грязные помещики, знайте теперь, кто мы!» Действуя бесконтрольно, переворачивая всё вверх дном, они создают своего рода террор в сельской местности».

Но Mao дал всем этим «бесконтрольным» действиям полное одобрение: «Говоря напрямую, необходимо создать террор на какое-то время в каждом сельском районе, иначе будет невозможно подавить действия контрреволюционеров и свергнуть власть помещиков. Для того, чтобы восстановить справедливость, приходится переступать границы порядочности, а иначе справедливость невозможно восстановить... Многие действия, совершённые крестьянскими комитетами в период революции, считались зашедшими слишком далеко, но фактически явились именно тем, в чём революция нуждалась больше всего». Коммунистическая революция порождает систему террора.

«Антияпонская» северная операция — бегство побежденного

КПК назвала северную антияпонскую операцию «Далёкий поход». Она разрекламировала «Далёкий поход» как китайскую революционную сказку. КПК утверждала, что «Далёкий поход» был «манифестом», «пропагандисткой бригадой» и «сеятелем», а закончился победой КПК и поражением её врагов.

Чтобы скрыть своё поражение, КПК сфабриковала совершенно очевидную ложь о походе на север для борьбы с японцами. Начиная с октября 1933 года и до января 1934 года коммунистическая партия потер-пела полное поражение в боях с Гоминьданом. Во время пятой операции Гоминьдана, стремившегося окружить и уничтожить КПК, компартия потеряла одну за другой все свои сельские укрепленные позиции. Так как районы её базирования непрерывно уменьшались, главные силы Красной Армии должны были бежать. В этом и заключалась истинная причина «Далёкого похода».

Фактически целью «Далёкого похода» было выйти из окружения и бежать в направлении Внешней Монголии и Советского Союза по дуге, которая сначала шла на запад, а затем на север. Добравшись до места, КПК в случае своего поражения могла бы сбежать в Советский Союз. На своём пути к Внешней Монголии компартия столкнулась с большими трудностями. Она выбрала путь через Шаньси и Суйюань, потому что с одной стороны, идя через эти северные провинции, она могла утверждать, что была «против японцев» и таким образом завоевать сердца людей. С другой стороны, эти области были безопасны, поскольку там не было развёрнуто никаких японских войск. Японская армия в это время удерживала оккупированную территорию, идущую вдоль Великой стены. Год спустя, когда КПК наконец достигла Шаньбэя (северная часть провинции Шаньси), главные силы Центральной Красной Армии уменьшились с 80 000 до 6 000 человек.

Инцидент в Сиане. КПК успешно сеет раздор и захватывает Гоминьдан во второй раз

В декабре 1936 года Чжан Сюэлян и Ян Хучэн — два генерала Гоминьдана — похитили Чан Кайши в Сиане. С тех пор это событие называется «инцидентом в Сиане».

Согласно истории, представленной в учебниках КПК, инцидент в Сиане был «военным переворотом», начатым Чжаном и Яном, которые предъявили Чан Кайши ультиматум — жизнь или смерть. Чан Кайши был вынужден занять позицию против японских захватчиков. Было сообщено, что Чжоу Эньлай был приглашён в Сиань как представитель КПК, чтобы помочь договориться о мирном разрешении этого инцидента. Благодаря посредничеству различных китайских группировок, инцидент был разрешён мирным путём, таким образом, завершив длившуюся уже десять лет гражданскую войну и начав создание объединённого народного союза против японцев.

Книги по истории КПК говорят, что этот инцидент был критическим поворотным моментом для Китая в его кризисной ситуации, и отображают КПК как патриотическую партию, которая принимает во внимание интересы всей нации. Появляется всё больше и больше документов, подтверждающих, что ещё до инцидента в Сиане, Ян Хучен и Чжан Сюэлян имели в своём окружении множество шпионов КПК. Одним из них был Лю Дин, тайный член КПК. Он был Чжан Сюэляну представлен Сун Цинлин, женой Сунь Ятсена. Она также была сестрой госпожи Чиан и членом КПК. Уже после Сианьского инцидента Mao Цзэдун похвалил Лю за выдающиеся заслуги в проведении операции в Сиане. Среди тех, кто работал на стороне Ян Хучена, была его собственная жена Се Баочжэнь, член КПК и работник политического отдела армии. Се вышла замуж за Ян Хучена в январе 1928 года с одобрения КПК. Кроме того, член КПК Ван Биннань был в то время почётным гостем в доме Яна. Позднее Ван стал заместителем министра иностранных дел КПК. Именно эти члены КПК, находящиеся в окружении Яна и Чжана, явились главными подстрекателями военного переворота.

В начале инцидента лидеры КПК хотели убить Чан Кайши, чтобы отомстить ему за попытку подавить компартию. Однако в то время партия имела очень слабую базу в Шанбэе, и случись там сражение, могла быть полностью уничтожена. Тогда КПК, используя все приобретённые ею навыки обмана, спровоцировала Чжана и Яна на восстание, чтобы подавить японцев и препятствовать им в нападении на Советский Союз. И.Сталин лично написал в Центральный комитет КПК письмо с просьбой не убивать Чан Кайши, а во второй раз начать сотрудничать с ним. Мао Цзэдун и Чжоу Эньлай поняли, что они не могли уничтожить Гоминьдан ограниченными в то время силами компартии; даже если бы они убили Чан Кайши, то армия Гоминьдана из мести могла бы легко нанести им поражение и даже уничтожить их. В этих обстоятельствах КПК изменила свой тон. Во второй раз она вынудила Чан Кайши согласиться на сотрудничество с КПК во имя совместной борьбы против японцев.

КПК сначала спровоцировала восстание, направив оружие на Чан Кайши, а затем развернулась на сто восемьдесят градусов и, действуя, как герой в спектакле, вынудила его опять принять условия компартии. Таким образом, она не только избежала кризиса в виде своего распада, но также и получила возможность укрепиться в правительстве Гоминьдана во второй раз. Вскоре Красная Армия была превращена в более мощную Восьмую армию. Можно только восхищаться непревзойдённым искусством обмана КПК.

__________________________

15 — Ян Куйсун: “Краткое сообщение о финансовой помощи Москвы КПК с 1920-х до 1940-х годов.(1)», номер 27, издание 21-го столетия (30 июня 2004). Вебсайт: www.cuhk.edu.hk/ics/21c/supplem/essay/040313a.htm (на китайском). Ян Куйсун — профессор кафедры истории Пекинского университета и Восточного китайского университета.

16 — «Северная экспедиция» — успешная военная кампания во главе с Чан Кайши в 1927 г. по объединению Китая под властью Гоминьдана. В ходе «Северной экспедиции» КПК была в союзе с Гоминьданом.

17 — Революционное движение во время союза КПК-Гоминьдан, в период «Северной экспедиции».

18 — Сунь Ятсен (1866—1925) — основатель современного Китая, первый президент Китайской республики.

19 -Народная революционная армия, которой управлял Гоминьдан. В период союза КПК -Гоминьдан она включала членов КПК.

20 — Цзинганьшань — горный район, считается первой сельской базой КПК и называется«Колыбель Красной Армии».

__________________________

Война с Японией. КПК крепнет, совершая убийства заимствованным оружием

Когда началась война с Японией, Гоминьдан имел более 1,7 миллиона вооружённых солдат, корабли общим водоизмещением в 110 тысяч тонн и приблизительно 600 самолётов-истребителей различных видов. Для сравнения: численность всей армии КПК, включая Новую четвёртую армию, только что сформированную в ноябре 1937 года, не превышала 70 тысяч человек. К тому же она была сильно ослаблена внутренней фракционной борьбой.

Малейший бой мог привести её к полному уничтожению. КПК знала, что, если бы ей пришлось сражаться с японцами, то она была бы неспособна нанести поражение даже одной дивизии японской армии. С точки зрения КПК, главным смыслом её призыва к «национальному единству» было удержание своей собственной власти, а не спасение нации. Поэтому, сотрудничая с Гоминьданом, КПК осуществляла «известную партийному составу и приводимую к исполнению внутрипартийную политику предпочтения борьбы за политическую власть».

После того, как японцы заняли город Шеньян 18 сентября 1931 года и этим расширили свой контроль над большими территориями в северо-восточном Китае, КПК фактически воевала плечом к плечу с японскими захватчиками, с целью победить Гоминьдан. В декларации, написанной в ответ на японскую оккупацию, компартия призывала людей, проживающих в управляемых Гоминьданом областях, к мятежу и настраива-ла «рабочих устраивать забастовки, крестьян — наводить беспорядки, студентов — бойкотировать занятия, бедных людей — бросать работу, солдат — восставать». Всё это делалось с целью свергнуть национали-стическое правительство Гоминьдана.

Хотя КПК и призывала к сопротивлению Японии, сама она имела армейские подразделения лишь в отдельных районах и партизанские отряды, расположенные в лагерях, далеко от линии фронта. За исключением нескольких сражений, включая битву у Пинсин Гуань, КПК не внесла большого вклада в войну против Японии. В то же время она приложила все усилия, чтобы расширить свою собственную политическую базу. Когда японцы сдались, КПК вписала сдавшихся солдат в число служащих своей армии, утверждая, что армия увеличилась почти до 900 тысяч кадровых солдат в дополнение к двум миллионам бойцов-милиционеров.

Сражаясь с японцами, армия Гоминьдана, по сути, оказалась на линии фронта в полном одиночестве и потеряла в войне более 200 генералов. Командиры со стороны КПК не понесли почти никаких потерь. Однако все учебники КПК всегда утверждали, что Гоминьдан не оказал должного сопротивления японцам, и что именно КПК привела китайский народ к великой победе в войне с Японией.

«Перевоспитание» в Яньане. Создание наиболее устрашающих методов преследования

Призывая народ подняться на борьбу с японцами, КПК привлекла множество патриотической молодёжи в Яньань, а затем, воспользовавшись движением «Перевоспитание в Яньане», репрессировала их десятками тысяч. Со времени захвата контроля над Китаем КПК изображала Яньань как революционную «святую землю», но никогда не упоминала о преступлениях, которые она совершила в ходе так называемого «перевоспитания».

Движение «Перевоспитание в Яньяне» было самой крупной, самой тёмной и самой свирепой политической игрой, когда-либо разыгранной в человеческом мире. Во имя «очищения» страны от «яда», мелкой буржуазии, партия «размыла» все представления людей о нравственности, независимости мысли, свободе действий, терпимости и достоинстве. Первый шаг «перевоспитания» состоял в создании Досье персональных дел на каждого товарища, которое включало: личное заявление; историю участия в политической жизни; сведения о семейном и социальном происхождении и связях; автобиографию и самооценку идеологической перестройки; характеристику свойств достойного члена партии.

В Досье персональных дел каждый человек должен был перечислить всех своих знакомых со дня своего рождения, все важные события своей жизни, время и место их происхождения. Людей просили многократно писать для Досье об одном и том же, и любые упущения отмечались, как признаки «нечистоты». Каждый должен был писать о любой общественной деятельности, в которой он когда-либо принимал участие, особенно связанной с его вступлением в партию. Акцент был сделан на ход мыслей человека в процессе этой общественной деятельности.

Оценка своей личности как достойного члена партии была ещё важнее, и каждый должен был признаться в наличии любых антипартийных мыслей в сознании, в словах, в отношении к работе, в каждодневной жизни и в общественной деятельности. Например, каждый человек был обязан самокритично и тщательно проанализировать, не ставил ли он личные интересы превыше общественных, не использовал ли он партийную работу для достижения личных целей, не пошатнулась ли его вера в революционное будущее, не боялся ли он смерти во время сражений и не тосковал ли он без членов своей семьи или супруги, вступив в партию или армию. При этом не существовало никаких объективных критериев для оценки личности, поэтому почти у каждого были найдены недостатки.

Для получения «признаний» у кадровых политических работников, проверяемых с целью выявления «затаившихся предателей», использовалось принуждение, что привело к бесчисленным измышлениям и ложным беспричинным обвинениям, в результате чего большое число партийных работников подверглось преследованию. «Перевоспитание в Яньане» называли «чисткой человеческой природы». Однажды специальная рабочая группа прибыла в Университет военных дел и политики и на протяжении двух месяцев своей работы по проверке личных дел персонала учинила там «красный террор».

Для получения признаний использовались различные методы, включая «импровизированные» признания, «показательные» признания, «групповые убеждения», «пятиминутные убеждения», личный совет, отчёты собраний и выявление «редисок» (красных снаружи и белых внутри). Использовалось и «фотографирование» — выстраивание всех в линию на сцене для проверки. Те, кто казались встревоженными, были идентифицированы как подозреваемые и как объекты для дальнейшего расследования.

Даже представители Коминтерна были поражены методами, используемыми в процессе «перевоспитания», говоря, что атмосфера в Яньане была угнетающей. Люди не смели общаться друг с другом. У каждого были свои личные цели, и каждый был встревожен и напуган. Никто не осмеливался говорить правду или защищать несправедливо наказанных друзей, потому что каждый пытался спасти свою собственную жизнь. Порочные люди — те, кто льстил, лгал и оскорблял других — продвигались по службе; унижение стало образом жизни в Яньане. Приходилось или унижаться самим, или унижать других. Вынужденные утратить достоинство, честь, стыд и любовь друг к другу ради спасения своих собственных жизней и служебного положения, люди были доведены до грани безумия. Они перестали выражать своё собственное мнение и лишь пересказывали статьи партийных вождей.

Точно такая же система морального гнёта использовалась во всех политических действиях КПК со времён захвата ею власти в Китае.

Три года гражданской войны. Предательство страны ради захвата власти

Российская буржуазно-демократическая революция, произошедшая в феврале 1917 года, была по своим масштабам относительно умеренным восстанием. Однако российский царь поставил интересы страны на первое место и принял решение отречься от трона. В это время В. Ленин поспешно возвратился в Россию из Германии и организовал там второй переворот. Затем во имя социалистической революции он убил свергнувших царя, но принадлежащих к классу капиталистов революционеров, и таким образом задавил буржуазную революцию в России. КПК, как и В.Ленин, воспользовалась плодами народной революции. После того как завершилась антияпонская война, КПК для того, чтобы свергнуть правительство Гоминьдана, развязала так называемую «Освободительную войну» (1946—1949 г.г.) и таким образом снова принесла китайскому народу бедствия и страдания.

КПК широко известна своей «стратегией большой толпы» — принесением в жертву огромного количества жизней ради собственной победы. В нескольких сражениях с Гоминьданом, включая сражения, проведённые в Ляоси-Шеньяне, Бэйцзине-Тяньцзине и Хуай-Хай, КПК использовала самую примитивную, варварскую и антигуманную тактику, в результате которой было принесено в жертву огромное число бойцов компартии. При осаде города Чанчунь в области Цзилинь в северо-восточном Китае, чтобы истощить пищевые запасы в городе, КПК приказала Народной освободительной армии (НОА) не выпускать людей из города. В течение двух месяцев осады Чанчуня почти 200 тысяч человек умерли от голода и холода. Но НОА не позволила людям выехать из города. После того, как сражение было закончено, КПК бесстыдно утверждала, что они «освободили Чанчунь без единого выстрела».

С 1947 по 1948 год КПК подписала с Советским Союзом два соглашения («Харбинское» и «Московское»), в результате которых Китай отдавал своё национальное имущество и ресурсы северо-востока страны в обмен на полную поддержку Советским Союзом Китая в его иностранных и военных делах. В соответствии с этими соглашениями, Советский Союз обязался поставить КПК 50 самолётов; в рассрочку, в два приёма, отдать КПК оружие, оставленное капитулировавшими японцами; по низким ценам продать компартии контролируемую СССР амуницию и боеприпасы, находящиеся на северо-востоке Китая.

По условиям договора в случае, если бы Гоминьдан начал высадку десанта на северо-востоке страны, Советский Союз был обязан тайно поддержать армию КПК. Кроме того, Советский Союз взял на себя обязательство помочь КПК взять под контроль Синьцзян в северо-западном Китае. В соответствии с этими соглашениями КПК и Советский Союз также обязались построить союзнические воздушные силы; СССР обязался помочь оснастить 11 подразделений армии КПК и транспортировать одну треть поставляемого компартии Америкой оружия (стоимостью 13 миллиардов долларов) в северо-восточный Китай. Чтобы получить советскую поддержку, КПК обещала Советскому Союзу определённые наземные и воздушные транспортные привилегии на северо-востоке страны; предложила СССР информацию о действиях, как правительства Гоминьдана, так и американских вооружённых сил; предоставила Советскому Союзу боеприпасы и продукты, производимые на северо-востоке страны (хлопок, сою) в обмен на передовое оружие; предоставила Советскому Союзу льготные права на ведение горных разработок в Китае; разрешила Советскому Союзу разместить свои войска на северо-востоке и в Синьцзяне; а также сформировать дальневосточное Управление КГБ в Китае. В случае войны в Европе КПК обязалась послать экспедиционную армию численностью в 100 000 человек плюс 2 миллиона чернорабочих в поддержку Советского Союза. Кроме того, при необходимости КПК обещала объединить некоторые определённые области в провинции Ляонин с Северной Кореей.

Проявление злых свойств сущности компартии

Историю КПК характеризует вечный страх

Самая заметная характерная черта КПК — это её вечный страх. С момента своего возникновения КПК была озабочена лишь идеей самосохранения. Эта озабоченность помогла ей преодолеть страх, таящийся под её постоянно меняющимся внешним обликом. КПК походит на раковую клетку, которая распространяется и пронизывает каждую часть тела, убивает вокруг себя здоровые клетки и неудержимо, бесконтрольно разрастается. В наше время, в нашу эпоху, общество неспособно уничтожить такой мутированный фактор, как КПК, и не имеет никакой альтернативы, кроме как позволить ему свободно размножаться. Этот фактор-мутант настолько силён, что ничто в пределах уровня и диапазона его распространения не может остановить его. Большая часть общества осквернена, и всё больше и больше территорий земного шара наводнены коммунизмом или коммунистическими элементами. Эти элементы непрерывно усиливаются и эксплуатируются компартией и, в результате, приводят к упадку нравственности общества.

Партия не верит в какие-либо общепризнанные критерии нравственности и справедливости. Все её принципы преследуют исключительно её собственный интерес. Она эгоистична в самой своей основе, и не существует никаких принципов, которые могли бы ограничить или контролировать её намерения. Опираясь на свои собственные принципы, партия вынуждена постоянно менять свой внешний облик, каждый раз изменяясь до неузнаваемости.

Так, например, на ранних этапах своего развития, когда выживание КПК было под угрозой, она присоединялась к компартии Советского Союза, к Гоминьдану, к правительству Гоминьдана и к народной революции. После завоевания власти она внедрилась в различные формы оппортунизма, в умы и чувства граждан, в социальные и управленческие структуры — во что угодно, лишь бы на это можно было «наложить свою руку». КПК использовала каждый кризис как возможность захватить ещё больше власти и усилить свои средства контроля.

Настойчивое следование злу — «волшебное оружие» КПК

КПК утверждает, что революционная победа зависит от трёх видов «волшебного оружия»: политического устройства партии, вооружённой борьбы и объединённых фронтов. Урок с Гоминьданом предоставил КПК ещё два вида такого «оружия»: пропаганду и шпионаж. Любое «волшебное оружие» партии содержало девять унаследованных черт КПК: зло, обман, провокации, бандитизм, шпионаж, грабеж, борьба, уничтожение и контроль.

Марксизм-ленинизм порочен по своей природе. Как ни странно, китайские коммунисты действительно не понимают марксизма-ленинизма. Линь Бяо21 говорил, что на самом деле очень немногие члены КПК действительно читали работы Маркса и Ленина. Общество считало Чу Чиубая22 идеологом, но он признавался, что прочитал лишь очень не многие работы по теории марксизма-ленинизма. Идеология Мао Цзэдуна — это сельская версия марксизма-ленинизма, пропагандирующая крестьянское восстание.

Теория Дэн Сяопина о первичной стадии социализма носит капиталистическую окраску. «Тройное представительство» Цзян Цзэминя23 было буквально собрано по кусочкам из ничего. КПК действительно никогда не понимала, что такое марксизм-ленинизм, но унаследовала от него все его самые злые аспекты, к которым она присоединила и свой собственный ещё более порочный опыт.

Объединённый фронт КПК — это союз обмана и краткосрочных расплат. Целью Объединённого фронта было усилить власть КПК, помочь ей из одиночки превратиться в огромный клан и изменить соотношение между её друзьями и врагами. Единство требовало проницательности — различения врагов от друзей; между теми, кто был слева, кто в середине и кто справа; с кем и когда необходимо подружиться, и кто и когда должен был подвергнуться нападению. КПК легко превращала своих бывших врагов в друзей, а затем снова во врагов. Например, в период демократической революции партия объединилась с капиталистами; а в ходе социалистической революции она капиталистов уничтожила. Ещё одним примером является случай, когда такие лидеры демократических партий как Чжан Боцзюн24 и Луо Лонцзи25, соучредители Китайской Демократической Лиги, были использованы компартией как сторонники КПК в течение периода захвата ею государственной власти, а позже подверглись гонениям как «реакционеры».

Коммунистическая партия — это банда искушённых профессионалов

Коммунистическая партия использовала двустороннюю стратегию: мягкость и гибкость с одной стороны, а с другой — твёрдость и жёсткость. Её более мягкие методы включают пропаганду, объединение фронтов, сеяние разногласий, шпионаж, подстрекательство к восстанию, лицемерие, посягательство на личность, «промывание мозгов», ложь и обман, сокрытие правды, моральное давление и создание атмосферы страха. Воплощая всё это в жизнь, КПК выращивает синдром страха в народных сердцах, который впоследствии приводит к тому, что люди легко забывают проступки партии. Эти методы способствуют искоренению в людях их человеческой природы и воспитанию в них злонамеренности.

Жёсткие методы КПК включают насилие, вооружённую борьбу, преследование, политические кампании, убийство свидетелей, похищение, подавление инакомыслия, вооружённые нападения, периодическое подавление сопротивления и т. д. Эти агрессивные методы порождают и укрепляют страх.

КПК использует и мягкие и жёсткие методы одновременно. Так, в некоторых случаях могут быть использованы послабления, а в других в то же самое время будет наблюдаться усиление строгого режима; или применяемые методы могут быть смягчены внешне и в то же время ужесточены внутренне. Так в период послабления КПК поощряла свободу слова и самовыражения, но, словно выманивая змею из её норы, стала немедленно преследовать всех тех, кто действительно открыто высказывал своё мнение, в следующем за послаблением периоде строгого контроля.

КПК часто использовала демократию, бросая вызов Гоминьдану, но когда интеллигенция в контролируемых КПК областях не соглашалась с партией, ее представителей подвергали пыткам и даже обезглавливанию. В качестве примера можем рассмотреть позорный случай «диких лилий». Мыслитель того времени Ван Шивей (1906—1947) написал эссе «Дикие лилии», в котором выразил свои идеалы равенства, демократии и человеколюбия. За это он был подвергнут коммунистами «чистке» в период движения «Перевоспитание в Яньане» и зарублен топорами в 1947 году.

Старый чиновник, перенесший невероятные мучения в период кампании «Перевоспитание в Яньане», вспоминал, что когда его схватили и, оказывая сильное давление, заставляли признаться в предательстве, единственное, что он мог сделать, это предать собственную совесть и дать фальшивые показания. Сначала ему было стыдно за то, что он оболгал своих товарищей. Он ненавидел себя так, что хотел покончить жизнь самоубийством. Однажды всё так совпало, что в помещении, где он находился, на столе был оставлен пистолет. Он схватил его, приставил к голове и нажал на курок. В пистолете не оказалось пуль! В этот момент вошёл человек, который расследовал его дело, и сказал: «Хорошо, что Вы признали свой поступок неправильным. Политика партии снисходительна.

Коммунистическая партия знала, что вы дошли до предела, и знала, что вы были «лояльны» по отношению к партии, так что вы прошли испытание». КПК всегда сначала ставит человеку смертельную ловушку, а затем наслаждается его болью и унижением. Когда человек достигает уже полного предела и желает лишь смерти, в этот момент появляется «великодушная» партия и показывает человеку, как надо жить. Как говорится, «лучше живой трус, чем мёртвый герой». В результате человек становится крайне благодарным партии и относится к ней как к спасителю. Спустя годы этот чиновник узнал о Фалуньгун, зародившейся в Китае практике совершенствования. Он почувствовал, что практика хорошая. Однако когда началось преследование Фалуньгун в 1999 году, болезненные воспоминания о прошлом вновь посетили его, и он больше не осмеливался говорить, что Фалуньгун несёт добро.

Пережитое последним императором Китая Пуи26 схоже с жизненным опытом этого чиновника.

Заключённый компартией в тюрьму и став свидетелем происходящих у него на глазах многочисленных убийств, он думал, что скоро убьют и его. Чтобы выжить, он полностью изменил своим убеждениям и сотрудничал с тюремными охранниками. Позже он написал автобиографию под названием «Первая половина моей жизни», которая использовалась КПК как успешный пример идеологической «перековки» человека.

Согласно современным медицинским исследованиям, известно, что многие люди, оказавшиеся жертвами интенсивного насилия и изоляции, приобретают «стокгольмский синдром» — патологическое чувство зависимости от своих угнетателей. В таких случаях настроения жертвы — счастье или гнев, радость или горе — продиктованы настроением захватчиков. Малейшая любезность к жертве принимается ею с глубокой благодарностью. Рассказывают случаи, когда у жертвы развивается «любовь» к захватчикам. Это психическое явление давно и успешно использовалось КПК и против своих врагов, и в стремлении контролировать и изменять умы граждан Китая.

Самое большое зло — это сама партия

Большинство генеральных секретарей КПК были заклеймены как антипартийцы. Совершенно ясно, что КПК имеет свою собственную жизнь и своё собственное независимое тело. Партия управляет чиновниками, а не наоборот. В «советских районах» провинции Цзянси, в то время как КПК была окружена войсками Гоминьдана и едва выживала, она всё ещё проводила чистки внутри своих рядов во имя расправы с «антибольшевистским корпусом (AБ-корпус)»: по ночам казнила своих собственных солдат или, чтобы сэкономить пули, забивала их до смерти камнями. В северной области Шаньси, в то время как КПК была зажата между японцами и Гоминьданом, она начала проводить кампанию «Перевоспитание в Яньань» — массовые чистки и многочисленные убийства людей.

Однако этот образ КПК (неуёмного убийцы в таких массовых масштабах) не препятствовал компартии в расширении своей власти и впоследствии в господстве над всем Китаем. Более того, КПК распространила этот «образец» внутреннего соперничества и убийства друг друга от небольших «советских районов» на целую нацию.

КПК похожа на злокачественную опухоль: от слишком стремительного развития центр опухоли уже умер, но она продолжает распространяться на здоровые органы. После того, как раковые клетки проникают в разные органы, начинают расти новые опухоли. Независимо от того, насколько хорош или плох человек с самого начала, после присоединения к КПК он становится частью её разрушительной силы. Чем честнее человек, тем более неистовым становится он в разрушении. Несомненно, опухоль КПК будет расти до тех пор, пока не останется ничего, чем она может подпитываться. Тогда рак, конечно же, погибнет.

Основатель КПК Чэнь Дусю был интеллигентом, лидером студенческого движения «Четвёртое мая». Он проявил себя как сторонник ненасилия и предупреждал членов КПК, что если они попытаются обратить Гоминьдан в коммунистическую веру или будут слишком интересоваться властью, это, несомненно, приведёт к напряжённым отношениям в их рядах. Будучи одним из самых активных людей своего поколения, принимавших участие в студенческом движении «Четвёртое мая», Чэнь был также терпимым человеком. Однако он стал первым, кого заклей-мили «правым оппортунистом».

Другой лидер КПК Цюй Цюбай полагал, что члены КПК должны участвовать в сражениях и борьбе, организовывать восстания, ниспровергать власть и использовать чрезвычайные меры, чтобы вернуть китайское общество к его нормальному существованию. Однако перед своей смертью он признался: «Я не хочу умереть как революционер. Я давным-давно вышел из вашего движения. Что ж, история сыграла шутку, приведя меня, интеллектуала, на политическую арену революции и продержав меня там много лет. И всё-таки я не смог преодолеть мои собственные дворянские понятия. Я так и не смог стать бойцом пролетариата»27.

Лидер КПК Ван Мин по совету Коминтерна приводил доводы в пользу объединения с Гоминьданом в войне против японцев вместо того, чтобы расширять занятые КПК территории. На партийных собраниях Мао Цзэдун и Чжан Вэньтян28 не могли ни разубедить своего товарища в необходимости объединения с гоминьданом, ни раскрыть ему правду о реальной ситуации: из-за ограниченной военной силы Красной Армии они сами были не в состоянии противостоять даже одной дивизии японцев.

Если бы вопреки здравому смыслу КПК приняла решение воевать с Японией, тогда история Китая, конечно, была бы иной. Мао Цзэдун был вынужден молчать на собраниях. Позже Ван Мин был изгнан сначала за отклонение в сторону «левого крыла», а затем заклеймён как оппортунист, сторонник идеологии «правого крыла».

Ху Яобан, другой секретарь партии, вынужденный уйти в отставку в январе 1987 года, в своё время вернул себе поддержку китайского народа, реабилитировав многих невинных жертв КПК, названных преступниками в период культурной революции. Однако впоследствии он был изгнан с занимаемой должности.

Чжао Цзиян, последний из свергнутых секретарей КПК29, хотел помочь КПК провести в жизнь партийную реформу, но его действия ему дорого стоили.

Так чего же мог достичь каждый новый лидер КПК? В действительности, преобразование компартии равносильно её смерти, поэтому КПК всегда быстро отбирала власть у любых реформаторов. Существуют определённые границы того, что членам КПК позволяется делать, если они хотят преобразовать партийную систему. Так что, нет ни малейшего шанса, что когда-либо произойдёт преобразование КПК.

Если все главы партии превратились в «плохих людей», каким образом КПК смогла распространить революцию? Во многих случаях, когда КПК была на высоте, то есть самой злобной, её самые высоко стоящие функционеры теряли занимаемые посты. Это происходило потому, что их степень зла не соответствовала высокому стандарту партии, которая многократно выбирала только самых злобных. Многие партийные руководители заканчивали свою политическую карьеру очень трагично, но КПК всегда выживала.

Не те лидеры КПК, которые имели влияние на партию, а те, которые могли понять её злые намерения и следовать им, удерживались на своих постах. Именно они усиливали способность КПК к выживанию во время кризисов и полностью отдали себя партии. Неудивительно, что эти члены партии, которые могли биться с Небесами, воевать с Землёй, бороться против других людей, никогда не могли противиться партии. Именно они являются покорным орудием в руках партии, или иначе, они связаны с партией неразрывным родством.

Бесстыдство стало поразительным качеством сегодняшней КПК. По словам партии все её ошибки произошли из-за действий отдельных партийных лидеров, например таких, как Чжан Гуотао30 или «Банда четырёх»31.

Мао Цзэдун по оценке партии совершил три ошибки и имел семь достижений, в то время как Дэн Сяопин считал, что он совершил четыре ошибки и имел шесть достижений, но сама партия никогда не ошибалась. И даже если партия была когда-то неправа, то, ну что ж, сама партия и исправила эти ошибки. Поэтому партия велит своим членам «смотреть вперёд» и «не застревать в воспоминаниях о прошлом».

С течением времени многое может меняться: коммунистический рай уже превращён в непритязательную цель социалистического обеспечения пропитанием и жилищем; марксизм-ленинизм заменён «Тройным представительством». Можно даже не удивляться, если КПК вдруг нач-нет поддерживать демократию, предоставит народу свободу вероисповедания, внезапно откажется от Цзян Цзэминя или реабилитирует Фалуньгун: КПК пойдёт на всё, если ей это будет необходимо для удержания власти. Лишь одно остаётся неизменным в сущности КПК — преследование целей партии, целей выживания, удержания власти и контроля. КПК смешала всё — насилие, террор и насильственную идеологическую обработку — с целью сформулировать свою теоретическую основу, ко-торая впоследствии превратилась в сущность партии, в её высшие прин-ципы, стала духом её лидеров, отлаженным механизмом всей партии, а также критерием оценки действий всех членов КПК. Коммунистическая партия тверда, как сталь, и её дисциплина столь же тверда. Намерения всех членов партии должны быть унифицированы, а их действия должны полностью соответствовать политическим задачам партии.

Заключение

Почему История предпочла коммунистическую партию любой другой политической силе в Китае? Как мы знаем, в мире есть два выбора, две силы. Одна сила старая и злая, и её цель состоит в том, чтобы совершать зло и выбрать ложный путь. Другая сила справедливая и положительная, она выбирает правильный и добрый путь. КПК была выбрана старыми силами именно потому, что она вобрала в себя всё зло мира — китайское и иностранное, прошлое и настоящее. Она является типичным пред-ставителем злых сил. КПК в полной мере воспользовалась народной врожденной невинностью и добродетелью для того, чтобы обмануть людей, и затем шаг за шагом обрести сегодняшнюю способность к разрушению.

Что подразумевала партия, когда утверждала, что не будет никакого нового Китая без коммунистической партии? События, произошедшие в период с 1921 года, когда была основана КПК, до 1949 года, когда она захватила политическую власть, свидетельствуют о том, что без обмана и насилия КПК не оказалась бы у власти. КПК отличается от всех других типов организаций тем, что следует за извращённой идеологией марксизма-ленинизма и не имеет никаких сдерживающих начал. Всё, что она делает, она объясняет высокими теориями и хитро связывает их с событиями, происходящими в определённых слоях народных масс, таким образом «оправдывая» свои действия. Каждый день она распро-страняет пропаганду, приукрашивая свою стратегию различными принципами и теориями и доказывая свою «вечную правоту».

Развитие КПК — это бесславный процесс накопления зла. История КПК точно указывает на её незаконность. Китайский народ не избрал КПК по своей воле; наоборот, используя свои злые черты, унаследованные от Коммунистической партии Советского Союза (обман, прово-кации, бандитизм, шпионаж, грабёж, борьбу, уничтожение и контроль), КПК навязала китайскому народу коммунизм — этот инородный злой призрак.


Читайте далее:
Комментарий 3. Тирания коммунистической партии Китая

__________________________

21 — Линь Бяо (1907—1971) — один из старших лидеров КПК, член Политбюро КПК при Мао Цзэдуне, зам. председателя Китая (1958) и министр обороны (1959). Лина считают архитектором Великой культурной революции. Лин был преемником Мао в 1966 г., но был изгнан в 1970 г.Ощущая своё поражение, Лин, по сообщениям, был вовлечён в попытку переворота и пытался бежать в СССР на самолёте. Самолёт потерпел аварию в Монголии, и Лин погиб.

22 — Чу Чиубай (1899—1935) — один из ранних лидеров КПК и один из левых известных писателей.Он был захвачен Гоминьданом 23 февраля 1935 г. и умер 18 июня того же года.

23 — «Тройное представительство» было впервые упомянуто в речи Цзян Цзэминя в феврале 2000 года. Согласно этой доктрине, партия должна всегда поддерживать развитие передовых производительных сил Китая, ориентацию на передовую культуру и фундаментальные интересы подавляющего большинства китайского народа.

24 — Чжан Боцзюн (1895—1969) — один из основателей Китайской демократической лиги — демократической партии Китая. В 1957 г. он был назван Мао Цзэдуном «реакционером номер один»; и он один из немногих, не реабилитированных после культурной революции.

25 — Луо Лонцзи (1898—1965) — один из основателей Китайской демократической лиги. Также назван Мао Цзэдуном «реакционером номер один» в 1958 г.

26 — Пуи (1871—1967) — последний император (1895—1908) Китая, правивший под именем Цзай Тянь. Когда он сложил полномочия, новое республиканское правительство предоставило ему большую правительственную пенсию и разрешило жить в запретном городе в Пекине до 1924 года. После 1925 г. он жил в японской концессии в Тяньцзине. В 1934 г., правя под именем Кан Те, он стал императором японского марионеточного государства Манчукуо или Маньчжурии. Захвачен советскими войсками в 1945 г. и содержался в заключении. В 1950 г. передан китайским коммунистам и до 1959 г. содержался в тюрьме, пока Мао Цзэдун не предоставил ему амнистию.

27 — Из книги Цюй Цюбай «Ещё несколько слов» 23 мая 1935 перед его смертью 18 июня 1935 г.

28 — Чжан Вэнтян (1900—1976) — один из лидеров КПК 1930-х годов, заместитель министра иностранных дел Китая с 1954 по 1960 гг. Он преследовался во время культурной революции до смерти в 1976 г. Реабилитирован в 1979 г.

29 — Последний из десяти генеральных секретарей КПК, который был отстранён из-за его несогласия с применением силы для подавления студенческих выступлений на площади Тяньаньмэнь в 1989 г.

30 — Чжан Гуотао (1897—1979) — один из основателей КПК, исключён из КПК в апреле 1938 г. В 1948 г. он переехал в Тайвань, затем в Гонконг. Иммигрировал в Канаду в 1968 г.

31 — «Банда Четырёх» сформирована женой Мао Цзэдуна Цзян Цин (1913—1991), работником шанхайского отдела пропаганды Чжан Чунчао, литературным критиком Яо Венюан и шанхайским охранником Ван Хонвеном. Они пришли к власти во время Великой культурной революции и руководили политикой страны до 1970-х годов.

Подписаться:

Social comments Cackle

загрузка...