• Китайская коммунистическая партия насмехается над Всеобщей Декларацией прав человека

  • Пятница, 5 июня 2009 года

Аналитическое исследование  бойни на площади Врат небесного спокойствия - Тяньаньмэнь и исправительно-трудовых лагерей

Приближается день двадцатой годовщины бойни на площади   Тяньаньмэнь, и десятой годовщины начала беспощадного преследования Фалуньгун, поэтому я чувствую себя обязанным посвятить мое ограниченное время этим проблемам, вопреки тем, кто говорит, что во время настоящего экономического кризиса надо воздерживаться от всякого рода критики компартии Китая. Обе проблемы, включая эксплуатацию людей в исправительно-трудовых лагерях, большинство из которых составляют последователи Фалуньгун, предоставляют свидетельство тоталитарной политической системы.

Бойня на площади Врат небесного спокойствия - Тяньаньмэнь

Весной 1989 года сотни тысяч жителей Пекина подали жалобу на коррупцию чиновников. Этот протест, исходящий от студентов Университета, последовал за внезапной смертью стремившегося к реформам бывшего партийного секретаря Ху Яобана. Демонстранты использовали преимущество присутствия многих иностранных журналистов, находящихся там по причине предстоящего визита советского президента Михаила Горбачева, и требовали политических реформ в сторону демократизации и правового государства. Их невероятная храбрость вызвала небывалые со времен захвата власти Мао демонстрации по всей стране. Так или иначе, в них приняли участие почти 100 миллионов человек. Протесты продолжались, даже после того, как партия объявила военное положение и задействовала тысячи вооруженных солдат.

«Дети Дракона» книга, опубликованная в 1990 году неправительственной организацией Права человека в Китае, отражает реальные события этого периода, в ней содержатся свидетельства выживших в этих событиях. Например, Цао Синьюань, в то время скульптор в Пекине, говорит: «Мы все время говорили солдатам, что никто не хочет свергнуть правительство. Мы хотим избавиться от коррупции. Мы хотим политических реформ».

Дэн Сяопин назвал эти события «контрреволюционным восстанием», но граждане предлагали определенные перспективы. Уэр Кайси, один из ведущих студентов, рассказывал: «Мы передавали властям в правительстве  дважды, что если они хотят, чтобы студенты отступили, «они должны дать нам лестницу», на которой можно стоять, по-другому не пойдет».

Чжао Цзыян убран



Литературный критик Су Вэй писал:

«... Ли Пэн и другие пожилые люди в правительстве уже составили план. Тайно они запланировали Чжао Цзыяна (либерального секретаря КПК) освободить от занимаемого поста и   отменить  существующие реформы. Когда правительство продолжало провоцировать студентов, становилось все труднее уговаривать молодых людей оставаться благоразумными».

Чжао потерял свой пост, когда было объявлено военное положение, и жил до своей смерти под домашним арестом. Ху Пин, руководитель студенческого движения 1980 года заметил: «Сенсационное про-демократическое движение 1989 отчетливо показало, что китайский народ со страстью и самопожертвованием и далее будет стремиться к демократии и свободе».

 

Сегодняшний житель Оттавы, свидетель тогдашних событий, вспоминает:

«Мы кричали, мы аргументировали, мы упрашивали, мы подкупали солдат, мы умоляли их не направлять оружие на людей, которым нечем защищаться. Но правительство было не остановить в его планах «сохранить стабильность при любых обстоятельствах». Среди жертв были мои коллеги, студенты, одноклассники и мой прежний друг. Моя душа болела, и я чувствовал невероятную ярость, видя в последующие дни в больницах сложенные трупы, многие их них разорванные на части».

Власти Китая отправили танки и пулеметы на кровавую бойню

 

Два дня, которые потрясли мир, исходят из 40-летнего проявления жестокости по отношению к собственному народу.

Предисловие к книге канадского ученого Тимоти Брука «Подавление людей» (1992; „Quelling The People"), охватывает сущность происшедшего: «Вечером, 3 июня 1989 года десятки тысяч вооруженных солдат вошли в Пекин, для разгона невооруженных студентов с центральной площади Тяньаньмэнь. Когда сотни тысяч жителей и студентов блокировали дорогу, солдаты открыли огонь. Утром 4 июня тысячи мертвых и умирающих лежали на улицах, в больницах и квартирах Пекина».

Решение «властителей пенсионеров»

По высказываниям видного журналиста Лю Биньянь, те, которые принимали решения, находились «под строгим контролем восьми синильных «властителей пенсионеров» в возрасте более 80 лет, которые уже не имели официальных постов в партии или правительстве, но сохраняли свою власть с помощью жестокой силы и лжи... Для Дэна как и для Мао, люди ни что иное, как инструменты: в военное время они служат как солдаты, в мирное полезны для продукции...»

Лю дважды исключали из коммунистической партии, много раз преследовали, и он умер в изгнании, так как сказал правду.

Чтобы смягчить последовавший международный протест и восстановить легитимность, которая была утеряна в следствии бойни, партия направила внимание на экономическое развитие. В течение короткого времени Китай превратился в мировую фабрику, переполнившую рынок дешевыми и опасными товарами. Мужчины и женщины производили эти товары при минимальных требованиях к безопасности и практически без социальной защиты, пенсионных выплат или соответствующих стандартов окружающей среды. К этим людям относились также заключенные по политическим или другим  причинам, надрывавшиеся без какой-либо оплаты в исправительно-трудовых лагерях.

Бойня на площади Тяньаньмэнь и исправительно-трудовые лагеря - это примеры подавления пятой части населения Земли партийным государством, и игнорирования основных прав человека, в соответствии со  Всеобщей Декларацией.

Гулаг Китая

Принудительные работы, как следствие торговли людьми присутствует во многих частях мира, но только коммунистический режим Китая использует их, чтобы наказать и подавлять за политические разногласия или религиозные убеждения. Каждый китаец может на основании простой подписи полицейского и без судебного разбирательства быть сосланным в лагерь. Возражать против этого невозможно. Мао довольно точно перенял модель исправительно-трудовых лагерей у сталинской России и гитлеровской Германии, и они существуют, по сей день в Китае.

В Китае только заключенные в лагеря последователи Фалуньгун используются как живые банки органов, которые служат для продажи  иностранцам. Для того, чтобы подготовить органы для продажи, необходимы медицинские обследования, но из заключенных в лагерях только последователи Фалуньгун подвергаются регулярным медицинским обследованиям.

С 50-х годов двадцатого столетия существует сеть исправительно-трудовых лагерей. По информации Фонда Лаогай в Китае существует не менее 1 000 исправительно-трудовых лагерей, в которых надрывается целая армия «рабочих» в нечеловеческих условиях по 16 часов в день без всяческой оплаты, и они производят большой спектр товаров, по большей части на экспорт. Это происходит при постоянном нарушении правил Всемирной торговой организации ВТО.

Гуйчжи Чэнь, например, сегодня одна из жителей Монреаля, ей 62 года, на протяжении четырех лет без оплаты принудительно работала в двух разных исправительно-трудовых лагерях. К продукции лагеря, которая частично предназначалась для экспорта, принадлежали дамские сумочки и свитера, на производстве которых они работали в среднем 12 часов ежедневно. Первый лагерь, в котором она была заключена, находился в непосредственной близости от Пекина, половина из 700 заключенных женщин были последовательницы Фалуньгун. В обоих лагерях, рассказывает она, только практикующие Фалуньгун подвергались регулярным медицинским обследованиям. У них брали анализы крови и делали им рентген.



Насмешка над Всеобщей Декларацией прав человека

Такими практиками объясняется неуступчивость партии к требованиям улучшения ситуации с правами человека. Они тесно связаны с отказом Пекина от рекомендаций ряда правительств, включая Канаду, которые были опубликованы в недавно изданном Коммиссией ООН по правам человека Universal Periodic Review.

Среди прочего Китайским правительством было отклонено:

Прекращение всех форм произвольного заключения людей, включая исправительно-трудовые лагеря;

Гарантия свободы религии и право на частное проведение религиозных обрядов;

Выполнение рекомендаций Комитета ООН против пыток, которые касаются преследования последователей Фалуньгун и извлечения у них органов;

Гарантия адвокатам, права на защиту их клиентов, без опасения угроз и придирок.

Торговля с Китаем, где нет свободы прессы, для многих стала слишком дорогой.

В словах Фелим Кайн указаны последствия несвободной прессы:

«Правда о коррупции, скандалах в здравоохранении, кризисе окружающей среды и произволе местных органов власти может быть неудобной... (но) подавление сообщений об этой правде существенно помогает другим глобальным катастрофам, включая отправке назад отравленного питания и отравленных игрушек».

Эти и другие случаи несоблюдения международных норм торговли привело Канаду к двустороннему торговому дефициту в пользу Китая, дефициту, который с 3,9 миллиардов долларов в 1997 году, в 2006 - достиг 26,8 миллиардов. При этом много промышленников по всей Канаде потеряли свое производство.

Дух борьбы народа

Китайское правительство и далее отказывает населению в правовом государстве и основных правах человека. Хотя мир показывает свою сплоченность и совместно осудил убийства на площади Тяньаньмэнь, но большая часть мировой общественности не уделяет достаточного внимания исправительно-трудовым лагерям. Эти лагеря существуют как инструменты подавления и являются «транспортом» иллегальной торговой практики.

Накануне 20-й годовщины 4 июня, когда Пекин кроваво подавил студенческое демократическое движение, режим усилил свою борьбу с активистами за права человека, как говорит Розанн Райф, заместитель президента Amnesty International для Азитско-Тихоокеанского региона: «Особенно беспокоит полное пренебрежение национальными законами и препятствование адвокатам в выполнении их работы».

Ясно, что в последние 20 лет не наступило улучшения с правами человека в Китае.

Журналист Джон Делюри из Malaysia's New Strait Times пишет:

«Определенно верно, что урбанизация, инвестиции и валовая продукция выросли в девяностых годах двадцатого столетия, но также и выросла пропасть между урбанизированными выигравшими и деревенскими проигравшими».

Такое расхождение и беспрерывное подавление групп диссидентов простых граждан - и Пекин признался в этом - привело к более 80 000 массовых беспорядков в прошлом году в Китае. И это знак того, что режиму не удается сломить дух борьбы китайского народа.

Требование

Так как мир переживает экономический кризис и хочет сотрудничать с Китаем, чтобы справиться с трудностями, мир пробует в отношениях с Китаем игнорировать сообщения о правах человека. Мы должны напомнить нашим правительствам, что двузначное толкование сообщений о Китае - это отклонение от нашего собственного человеческого достоинства и правовой государственности. Мы должны предупредить, что торговля с Китаем любой ценой, может оказаться слишком дорогой как для китайского народа, так и для народов всего мира. Мы должны напомнить о жертвах бойни и других издевательствах. Мы должны потребовать, чтобы Китай соблюдал Всеобщую Декларацию прав человека, вместо того, чтобы насмехаться над ней.

Об авторе

Дэвид Килгур - юрист, бывший канадский государственный секретарь, в течение 18 лет депутат канадского парламента, 2 года государственный секретарь Азиатско-Тихоокеанского региона. Совместно с известным адвокатом и защитником жертв Холокоста Дэвидом Мэйтасом они работали над « Отчетом о проверке утверждений об извлечении внутренних органов у последователей Фалуньгун в Китае», переработанная и уточненная версия «Кровавый урожай» в ноябре 2007 года.

Подписаться:

Social comments Cackle

загрузка...