• Пророчество Тамерлана о начале II Мировой Войны. Фоторепортаж

  • Воскресенье, 7 февраля 2010 года
Пророчество Тамерлана люди воспринимают как нечто мистическое, легенду. В свое время о пророчестве узнали Жуков и даже Сталин и отнеслись к этому серьезно. 21 июня 1941 года советские археологи вскрывают в Самарканде в древнем мавзолее Гур-Эмир гробницу Тамерлана, на следующий день начинается война.   «Нельзя прах великого полководца трогать, иначе начнется война».- говорилось в пророческой книге.


Малик Каюмов, в то время оператор Ташкентской киностудии, прикомандированный к экспедиции, читал предсказание о начале войны в книге трёх старцев. Ему, как человеку,  предотвращающему  беду, была   показана эта запись в священной книге, другие эту запись увидеть не смогли.

Назначение Экспедиции в Самарканд

 

21 марта 1936 года Сталину был представлен доклад о целесообразности назначения экспедиции для проведения раскопок захоронения Тамерлана (великого хромого) в Самарканде. Однако экспедиция была назначена значительно позже - только в 1941 году. На документах об организации вскрытия саркофага Тамерлана, подготовленных специалистами Ленинградского государственного Эрмитажа, рукой Сталина было  написано: «Работы по вскрытию гробницы Тамерлана в Самарканде начать не позднее мая. И. Сталин».

Учёным необходимо было узнать о достоверности принадлежности захоронений полководцу Тамерлану и его потомкам. Узнать правду можно было, лишь изучив скелет. Известно, что Тамерлан хромал на правую ногу. Опытный анатом мог определить это по костям. К тому же заодно можно было воссоздать портрет полководца, изображений которого не сохранилось. Известный скульптор Михаил Герасимов, участвовавший во вскрытии мавзолея, позднее написал, что это и было одной из целей экспедиции. Но не самой главной. В Гур-Эмире могли храниться драгоценности и оружие, представляющие историческую ценность, например сабля Тамерлана, которую тоже предполагали обнаружить в захоронении. Была ещё одна причина,  изложенная в  идее известного археолога Михаила Масона, который в 1929 году подал  в Совет народных комиссаров УзССР записку, в которой предлагал организовать вскрытие могилы Тамерлана. К записке прилагался отчет самаркандского инженера М. Ф. Мауэра: «Магнитные наблюдения 1925 года над могилой Тамерлана подтвердили наличие в ней большого парамагнитного стального тела и других металлических предметов». Не золотых и серебряных украшений, а нечто вроде полых объектов... Чем не повод для вскрытия? Тем более что в Самарканде всегда ходили слухи о таинственном свечении, порой возникающем над гробницей. Мечта Михаила Массона сбылась через 12 лет. Правда, лишь отчасти.

Вскрытие гробницы Тамерлана

Малик  Каюмов рассказывает:  «Первого июня мы прибыли в Самарканд. Две недели подтягивали технику: завозили мощные генераторы, монтировали прожекторы. Работать предстояло в глубоком подземелье. Именно там, а вовсе «не под самым полом мечети». 

Раскопки начались 16 июня. - Сначала были извлечены останки сыновей Тамерлана - Шахруха и Мираншаха. 18 июня - его внуков Мухамад-Султана и Улугбека. 19 июня наступил самый ответственный момент: стали вскрывать гробницу Тамерлана. Все увидели надпись на нефритовой надгробной плите:, востоковед Семёнов прочитал: «Все мы смертны, придет  время и мы уйдем. ...До нас были великие и будут после нас...Если же кто возгордится и вознесется над другими или же потревожит прах предков, пусть постигнет его самая страшная кара...» В ответ раздались смешки,  комментарии,  типа  «Нас не запугаешь!», но на душе у всех было муторно.

Когда же попытались стащить каменную глыбу с могилы Тамерлана, лебедка сломалась. Да так, что починить ее, сколько ни мучились, не удалось. Пришлось звать подмогу. Плиту кое-как сдвинули вручную.

Под ней оказался герметично закрытый каменный саркофаг. С ним провозились еще несколько часов. А когда, уже двадцатого июня, его, наконец, открыли, подземелье наполнилось удушающе густым запахом розового масла и еще каких-то благовоний.

В гробнице погас свет

Внутри саркофага был еще один гроб, но уже, деревянный. Но как только все его увидели, погасло все освещение....

«Шестьдесят лет прошло, а у меня, как ту минуту вспоминаю, мурашки по коже и ком в горле. Через сколько всяких опасностей и ужасов на фронте пройти пришлось - но и они не смогли стереть из памяти тревогу, которая тогда в подвале, в кромешной тьме, меня охватила»  - рассказывает Малик Каюмов.

 

«Начальство, помню, тоже занервничало, стало требовать немедленно наладить освещение. Бедный электрик никак в толк взять не может, что случилось со сто крат проверенными генераторами. Зажгли какие-то факелы, пару керосиновых ламп. От них по земляным стенам огромные тени заколыхались, и вдруг так душно стало, будто кто-то из склепа весь воздух выкачал».

По словам Каюмова, свет потом столь же внезапно загорелся, как и пропал, только через три часа. Причем экспедиционный электрик так и не понял, в чем было дело.

Явление трех старцев

Пока электрик возился с внезапно вышедшими из строя генераторами и прожекторами, Малик Каюмов решил унять внутреннюю дрожь, выпив горячего чая.

«Вошел в ближайшую чайхану, - там три старика сидят, - вспоминает Каюмов. - Я присел неподалеку, мне чайник и пиалу принесли. Вдруг один из этих стариков и обращается ко мне: "Сынок, ты ведь из тех, кто вскрывать могилу Тамерлана вздумали?". А я возьми да и скажи: "Да я в этой экспедиции самый главный, без меня все эти ученые - никуда!". Шуткой решил свой страх отогнать. Только, старики в ответ на мою улыбку еще больше нахмурились. А тот, что заговорил со мной, к себе манит. Подхожу ближе, смотрю, в руках у него книга - старинная, рукописная, страницы арабской вязью заполнены. А старик по строчкам пальцем водит: "Вот смотри, сынок, что в этой книге написано. "Кто вскроет могилу Тамерлана - выпустит на волю духа войны. И будет бойня такая кровавая и страшная, какой мир не видал во веки вечные". Малик попросил старцев пойти с ним. Показать книгу руководителям экспедиции, поведать им о предостережении. Старец возразил, что эту книгу может увидеть только тот  человек, который сможет остановить несчастье.

К старикам вышли Айни и Семенов. И писатель, и ученый выслушали незваных визитеров со скучающими лицами, стали прогонять стариков: "Ерунда! Идите, отцы, по домам и не смущайте народ всякими бреднями!". Но старцы не ушли, а продолжали умолять: «Одумайтесь! Не трогайте прах Тамерлана!"». Тогда Айни, разгневавшись, схватил трость и замахнулся ею на стариков. Те повернулись и ушли...

К полудню следующего дня-то - это было 21 июня - генераторы заработали. Сами собой. Электрик только разводил руками: полсуток он возился с ними, пытаясь найти поломку. Все было в порядке, но агрегаты ток давать не желали - и все тут. И вдруг... «Мы снова спустились в подземелье, где от вчерашнего удушающего запаха не осталось и следа, - вспоминает Каюмов. - Вскрыли деревянный гроб. Несмотря на то, что тело Тамерлана было послe смерти забальзамировано, мягкие ткани полностью истлели. Остался только скелет. Но и по нему ученые доподлинно установили: останки принадлежат Тамерлану. 

Об этом свидетельствовал и небывалый для представителей монголоидной расы рост - выше 180 сантиметров, и изуродованная голень, из-за которой Тимерлан получил свое прозвище Железный Хромец, и деформированный пятый позвонок - родовой "признак" всех тимуридов. Антрополог Герасимов, внимательно рассмотрев череп, уложил останки, как великую реликвию,  в деревянный ящик с мелкой стружкой.

Ящик взяли с собой в гостиницу, куда мы возвращались довольные и веселые. Ну как же, главная цель экспедиции выполнена! Какая удача, какой успех! А утром нас, отсыпавшихся после плодотворной ночи, разбудил крик: "Война! Война началась!" Экспедицию быстро свернули, Семенов и Герасимов уехали, увезя с собой останки Тамерлана. Каюмов еще на несколько дней остался в Самарканде.

«Я очень хотел найти старцев, - говорит Малик. - Хотел поговорить с ними, попросить, чтобы позволили еще раз прочесть то место в книге. Я чувствовал свою вину за то, что не смог убедить Айни и Семенова внимательнее отнестись к пророчеству... Но хозяин чайханы сказал, что в тот день, 20 июня, он видел стариков в первый и последний раз». 



Возвращение

Малика Каюмова определили кинооператором на Калининский фронт. Ощущение вины не оставляло Каюмова и на фронте. Он видел, как гибнут товарищи, знал, что жертвами фашистов становятся тысячи мирных жителей городов и деревень, которые враг проходит, прорываясь к Москве. Он хотел рассказать о записанном в древней книге пророчестве тому, кто имеет власть хоть что-то поправить. Весной 42-го года он встретился с довоенным знакомым, генерал-лейтенантом Порфирием Чанчибадзе, и рассказал ему о предсказании стариков. А тот, в свою очередь, передал рассказ Жукову.

«А осенью того же года, - вспоминает кинооператор, - к нам на фронт приехал Георгий Жуков. Жуков пригласил меня к себе в землянку, где очень подробно расспрашивал о тех событиях. Спросил, где сейчас хранится череп Тимерлана. Я сказал, что его Герасимов увез. Жуков задумался. А я, набравшись смелости, заметил: "Георгий Константинович, вот бы товарищу Сталину рассказать". Но генерал уже вставал из-за стола: "Спасибо, ты свободен". Больше я никогда с ним не встречался, и никто меня об этой истории не расспрашивал.

О том, что останки Тамерлана были привезены в Самарканд 19 ноября 1942 года, и положены в гроб и перезахоронены в  Гур-Эмире  20 ноября, Каюмов узнал уже после войны. И совсем не удивился, сопоставив даты. 19 - 20 ноября 1942 года произошел перелом в Сталинградской битве...

Легенда о чудотворной силе останков Тамерлана в годы войны

До того момента как отправить останки Тамерлана в Самарканд, по существующей легенде они вместе со святой иконой Богоматери на самолёте облетали линию фронта. И это происходило  по тайному указанию командования. Исполнители и командиры верили в могущественную силу останков Тамерлана так же как с чудодейственную силу иконы Богоматери. Так же стало известно, что останки Тамерлана привозили солдатам-мусульманам для их  поддержки перед боем, и это им придало силы в сражениях.

Надо отметить, что Тамерланом великого завоевателя в Узбекистане не зовут, ибо это прозвище переводится с таджикского как «хромой». Местное население, относящееся к Тимуру с невиданным почтением, считает это обидным и  называют его Тимуром.

Наталья Рытова. Великая Эпоха

Подписаться:

Social comments Cackle

загрузка...