• Из дневника адвоката Гао Чжишена. 18 марта 2006

  • Суббота, 25 марта 2006 года
Сегодня моя очередь [участия] в пятом круге посменной голодовки протеста. Пятьсот пятьдесят четыре моих соотечественника из 29 провинций присоединятся ко мне на 24 часа голодовки. Большинство из них 427 безработных, возглавляемых Цуй Цяньцзинем в Шуочжоу, провинция Шаньдун. Сегодня уже 32 дня с тех пор, как похитили Оуян Сяожун - активиста правозащитника.

Сегодня прошло уже 118 дней с тех пор как китайский коммунистический режим начал подвергать мой дом своим мафиозным приемам.

Суцзятунь в Шеньяне, в последнее время стал очень известным. Суцзятунь стал синонимом "концентрационного лагеря". Новость о концентрационном лагере Суцзятунь распространилась во все концы мира, где есть люди. Это болью отозвалось в сердцах добродушных людей, включая и китайцев. Я сидел на диване на балконе, когда узнал эту ужасную новость. Не мог сдержаться, расплакался. Но, я спокойно выслушал то, что по телефону рассказал мне об этом мой друг, несмотря на страшное известие.

Сейчас в Китае трудно найти китайца, кто еще не потрясен зверствами коммунистического режима, которые совершаются против своего народа. То, чему я сам был свидетелем и сам пережил за последние годы, наводит меня на мысль, что может и существует какое-то зло, которое выдумает КПК, но нет такого зла, которое она не осмелилась бы сделать.

Свидетели, видевшие все своими глазами в этом концлагере, раскрыли его кровавые зверства всему миру. Хотя они говорят простыми словами - в них содержатся боль, скорбь и страдания XXI века. Те, кто видел эту трагедию, открыто говорят об этом, а китайский коммунистический режим, правительство, владеющее самыми мощными СМИ в мире, остается удивительно спокойным.

Благоразумнее считать, что китайский коммунистический режим просто не может найти оправдание существованию Суцзятунь. Его можно уподобить кровавой истории фашизма, которая отдается болью воспоминаний. Когда я рассказал другу, работающему чиновником иностранного правительства, об этой трагедии, в ту же минуту у него из глаз потекли слезы.

Суцзятунь теперь войдет в историю. Он разрушил моральные устои человеческой цивилизации, поэтому становится ясным, что нравственная обязанность цивилизованного человечества  постоянно бдительно следить за этим. Сегодня я хочу, чтобы моя голодовка была протестом против молчания китайского коммунистического режима по поводу такого ужаснейшего инцидента! Я звоню в международный комитет, чтобы немедленно началось расследование этого зверства.

13 марта в 6 утра полиция деревни Вэнь провинции Хэнань, совершила жестокое нападение на семейную церковь. Некоторых христиан избили, а у Ли Гуншэ даже были сломаны ребра. Всех присутствовавших там христиан незаконно арестовали. Сегодня двадцать четыре из них все еще незаконно находятся в тюрьме. У большинства из них дома был произведен обыск, а сумму украденных у них денег трудно сосчитать. Мы протестуем против зверств полиции в провинции Хэнань, полиции, которая попирает право на [свободное вероисповедание]. Мы выражаем нашу решительную поддержку Ли Гуншэ и другим христианам, которые до сих пор незаконно находятся в заключении.

Даже люди, которые вовсе не выходят из дома, т.к. постоянно проводят голодовки протеста или выступают против жестокости и подавлений, также подвергаются преследованиям.

Ци Чжиюн уже отсутствует 32 дня, и уже 41 день как пропали Ху Цзя и Оуйян Сяожун. Список тех, кто пропал довольно длинный: Цзян Мэйли, Ни Юйлань, Ли Гуйфэн, Цзан Шуфэн, это только некоторые [из них]. Вэнь Хайбо, Ма Вэньду и другие находятся под незаконным домашним арестом. Муниципальное правительство Шанхая даже послало четырех человек, включая Лю Синьцзюань, участвовавшего в посменной голодовке протеста, в психиатрическую больницу, где они, несомненно, страдают от бесчеловечных преследований.

Сегодня мы проводим 24-х часовую голодовку протеста в 29 провинциях, чтобы выразить поддержку нашим собратьям, тем, кто страдает.

Недавно какие-то критики и так называемые моралисты критиковали тех мужественных участников голодовки протеста, говоря, что они жертвуют собой из-за меня, как будто они выполняют мое распоряжение. А кое-кто даже осмелился предположить, что у участников в глубине души нет никаких других интересов среди людей.

Расскажу историю. Одного слепого человека из провинции Шаньдун, зовут его Чэнь Гуанчэн, полиция Шаньдун поместила в изолятор из-за высказываний в поддержку репрессированных служащих центра по контролю за рождаемостью Линьчжи в Шаньдун. По приказу комитета КПК провинции Шаньдун (далее Комитет) полиция осаждала семью Чэня по 24 часа в сутки в течение года. Они все время изводили семью Чэня, так что он не мог выйти из дома. За тот год, чтобы удовлетворить ожидание взяток Комитета, полиция развернула компанию террора и подавления против собратьев Чэня по деревне. Изводили, избивали и арестовывали всех, кого считали симпатизирующим Чэню. Все, кто пытался помочь Чэню, рисковали испытать на себе жестокость и репрессии полиции. В конце концов, полиция ворвалась в дом Чэня и арестовала его.

Сегодня мы выражаем почтение и поддержку мужественному и праведному гражданину Чэню Гуанчэну. А также выражаем наш сильнейший протест против действий полиции Шаньдун и чиновников, так сильно нарушающих права Чэня и других.

6 марта шестидесяти с лишним лет аппелянт по имени Фан Линь, был избит до смерти в пекинском отделении по делам провинции Хэнань. Местная полиция использовала незаконные методы, чтобы удержать родственников Фан Линя от подачи заявления в суд за ужасное обращение и убийство. Сегодня мы, люди, имеющие отношение к злоупотреблениям в отношении прав человека, выражаем свою поддержку семье Фан Линя и наш сильнейший протест против полиции, которая продолжает преследовать их, даже после смерти Фан Линя.

Я не выходил из дома трое суток. В это время я не мог ходить к себе в офис. До сих пор, вечно присутствующее скопища агентов тайной полиции обращаются со мной, как со своим жутким врагом. Они тщательно наблюдают за моим офисом, держа его фактически закрытым, чтобы я не мог туда войти. По словам людей, которые работают в офисе, которым удалось освободиться, это похоже на то, как будто бандиты окапываются для долгой осады моего рабочего места. Они даже поставили еще одного караульного у северного входа в здание. Десятки бандитов временно поселились у моего офиса.

Написано18 марта, у меня дома, окруженного со всех сторон бандитами.

Гао Чжишен. Специально для Великой Эпохи

Подписаться:

Social comments Cackle

загрузка...